Своё место

Точная история первого столкновения со Мраком и создания нашей расы не сохранилась даже в наших хрониках. Но весь мир запомнил, как после изгнания армии Мрака обитатели Азалеона попытались уничтожить и шоденов, созданных, как оружие против Мрака и его порождений. Только не учли, что наши предки не были бессловесной скотиной, обладали острым умом и пугающей силой. Новая война, которая закончилась тем, что коренным жителям Азалеона пришлось признать за шоденами право существования, а те в свою очередь предпочли отделиться от остальных рас магическим барьером.

Поселились на огромном полуострове, который больше всего пострадал от Мрака. Никто не был против, а для шоденов устранить последствия влияния темной материи не было проблемой. Прошло почти семь тысяч лет. Многое изменилось, многое забылось. Одно прочно врезалось в память рас Азалеона — с шоденами лучше не связываться, если не желаешь лишиться жизни, а то и своей души.

Вот и сейчас на меня косились и шептались. Тихо-тихо, опасаясь быть услышанными.

Мне не нужно их слышать, чтобы понимать о чём говорят мои будущие сокурсники.

С того самого момента, как покинул Шордарию, каждый редкий встречный смотрел на меня с опаской и стремился оказаться как можно дальше. С одной стороны, это существенно облегчало жизнь, никакие разбойники или просто лихие люди не донимали. С другой — быстро начало раздражать. Будто я прокажённый какой. Возможно, стоило скинуть привычную для обителей Азалеона одежду и внимания стало бы куда меньше — отличить меня от человека или эльфа можно только вблизи — но осторожность превыше недовольства.

Сейчас скидывать балахон не желал из принципа. Я им не нравился, и никакого желания это менять не было. Негласный закон нашей расы гласил — каждый шоден должен быть в таком легко опознаваемом балахоне.

После речи куратора, которого звали Сай Тристор, граф Бриоус, нас распустили по своим делам. Мне пришлось найти ещё и второго куратора, по основному направлению моей магии, после чего я смог молча скрыться в общежитии для элиты, где удивительным образом нашлась небольшая комнатушка с прилегающей ванной комнатой, вместо апартаментов, куда селили ту самую элиту за неприлично большие деньги.

Подозреваю, раньше тут жил кто-то из работников или преподавателей академии.

Вспомнил лица сначала мужчины, который выдавал направление на учёбу, а потом работников академии, и невольно усмехнулся. Смесь изумления, неверия и тщательно маскируемой опаски.