Своё место

Минуты три ведьма так сидела, совершенно не шевелясь. После посмотрела на дедушку и от этого взгляда у него внутри всё оборвалось.

— Прокляли девчулю твою. И её, и дитя. На смерть прокляли, очень не хотели, чтобы дитя родилось. Некромант проклинал, сильный.

Кто проклинал дедушке было совершенно ясно. Не зря герцог Эрвейский имел славу сильнейшего некроманта империи. Но как он мог это сделать на расстоянии? Впрочем, что дедушка знал о магии? А, может, проклятие вовсе дело рук Диона? Решил таким образом избавиться от проблемы.

Кардинально. Да и какая разница, кто проклял, важнее — можно ли проклятие снять? Об этом дедушка и спросил ведьму.

— Связь матери и дитя — сильнейшая в мире. Особенно, когда дитя находится в утробе. Девчуля твоя, даже не зная о проклятии, подсознательно стремиться защитить дитя и перетянула часть проклятия, адресованную ребёнку, на себя. Оттого и угасает так быстро — двойное проклятие её убивает. И спасти её уже невозможно, только богам такое по силам. Слишком поздно вы пришли, слишком сильно навредило проклятие.

Но я могла бы попытаться спасти жизнь ребёнку, дать девчуле сил доносить и родить, оградить дитя от проклятия.

В пустой альтруизм дедушка давно не верил. За всё нужно платить. Но потянет ли он плату? Что нужно от него ведьме? И пока дедушка размышлял об этом, стараясь не думать, что единственная и горячо любимая дочь в любом случае обречена, мама бросилась ведьме в ноги.

— Помоги! Умоляю, спаси моего ребёнка!

Это было первое яркое проявление эмоций, за всё то время, что прошло с того рокового дня, когда мама сообщила о своей беременности и связи с сыном герцога.

После она пребывала в какой-то апатии, будто полусне. Ничего её особо не тревожило, ничего не вызывало интереса.

Ведьма согласилась помочь, а платой стало то, что дедушка будет должен занять её место. Прожить остаток жизни в этом лесном домике, перенять её силу, преумножить и отдать миру, когда придёт его час. Дедушка согласился и остаток дня, а потом и всю ночь просидел на ступеньках домишки, пока ведьма проводила свои обряды.

Утром она сообщила, что теперь мама сможет доносить и родить. Затем попросила пойти за ней, позволила взглянуть на спящую маму, а затем увлекла его в соседнюю комнату, которая и служила ведьме спальней. Там она переоделась за ширмой в нарядный сарафан, достала толстую, большую книгу и легла в постель.

— Подойди, — велела ведьма. — Я спасла твою внучку, потому что она нужна этому миру.