Своё место

Да и могло ли быть иначе, если иногда после очередного урока этикета, мы с ним шли в лес на несколько дней за редкими травами? А там только мы и кружащая голову свобода!

Я привыкла бегать по лесу в мужских штанах, потому что это удобно. Не в юбке же пробираться через заросли? Про кровососущих насекомых тоже забывать не стоит. Потому в академии меня часто угнетала необходимость почти всегда ходить в платьях. Исключением были уроки физической подготовки, где девушкам полагалось облачаться в штаны и тунику до колена.

И если я наслаждалась этими минутами, другие аристократки были в ужасе. Они считали подобное одеяние до скандального неприличным. Ненавидели саму физическую подготовку. Для изнеженных дворянок, элементарные три круга по стадиону были равны пытке. Я же не видела в этом никаких сложностей, длительные походы по лесу давали себя знать.

Зато я была равнодушна к блеску драгоценностей и мягкости шёлка. Не умела кокетничать и флиртовать, да и не интересно мне это было.

Точно так же, мне было совершенно плевать на различные сплетни высшего общества.

В общем, между мной и урождёнными аристократками ничего общего. Учиться всему этому не хочу. Нет желания ломать себя в угоду «так надо» и «так положено». У меня была простая цель — закончить академию, стать магом и обрести свободу от кучи желающих контролировать мою жизнь. Появления герцога грозило всё это испортить. Пусть есть закон гласящий — маги могут сами решать, как им жить и с кем, но сомневаюсь, что настолько приближённый к императору человек, не найдёт способа его обойти.

Эти мысли кружились по кругу, сводя с ума, вгоняя в тоску. Лишь дважды мне удалось полноценно вынырнуть из их плена в реальность. Первый раз, когда столкнулась с куратором в коридоре. Сообщил ли ему герцог о своём намерении меня учить, я не знала и считала важным уточнить данный вопрос.

— Профессор Тристор, — обратилась я к нему, — вчера вечером у меня состоялся разговор с герцогом Эрвейским и он…

— Я знаю, — перебил он меня.

— А вы полны сюрпризов, студентка Фернор. Ваш отец поможет раскрыть все ваши таланты, куда лучше меня.

Хотела на автомате его поправить, но прикусила язык, наткнувшись на взгляд профессора. Он смотрел на меня с каким-то разочарованием, даже презрением. Тон голоса был неприятным, с едва заметной ноткой яда. Сначала я растерялась, следом меня накрыло озарением, которое заставило задохнуться от обиды.