Сказание Миромира: Истребители Зла Часть 4

Крылья генерала Благоразумия были расправлены в стороны и излучали яркий свет, который и был источником той самой довлеющей ауры, способной утихомирить даже Генерала Справедливости.

Все, кто сидел рядом с Виаром, включая Сифирона, уже давно лежали ничком в обмороке из-за невероятного давления силы.

У многих магов за соседними столиками пошла кровь из носу или полопались барабанные перепонки.

Вся посуда и бокалы в ресторане треснули, превратившись в керамическую и стеклянную труху.

- Я же просил тебя, не перегибать палку! - гневно заявил элохиму Виар.

Бэйлор ничего не ответил.

Он лишь что-то тихо пробормотал себя под нос.

А затем в последний раз злобно взглянул на монаха, направившись к выходу, по пути превратив в труху одну из самых толстых колон, что подпирала своды высокого потолка.

«Этот монах так просто от меня не отделается, - подумал генерал. – Я отомщу ему за мой позор.

Глава 2: Один из самых страшных грехов

В Каармине стояла глубокая, черная ночь. Город спал крепким сном, хотя, казалось бы, магическая Столица Империи Эль вообще не должна была спать.

Тем не менее, в преддверье завтрашнего турнира, столь ожидаемого всеми и вся, многие, дабы набраться сил, решили в кое-то веки немного отдохнуть, посмотрев благие и прекрасные сны, чарующие своей красотой и воображением, пока тело и разум медленно восстанавливались.

Все спали.

Кроме Сида Ди Вандервоука, чей черный, как смоль взгляд, смотрел в потолок дома Кольта, в котором монах остановился переночевать, не смыкаясь ни на минуту. Смотрел, и словно не видел ничего. Как и пустота во взгляде парня - в пустоту он глядел.

Он не мог спать. Он не спал уже многие дни, и многие месяцы. Его тело медленно прозябало.

Его разум медленно тускнел.

Сид тоже пострадал три года назад из-за инцидента в мире Ахелон. Он потерял тогда очень многое. Многих прекрасных и невероятных людей.

И Кольт там тоже был, и также пострадал, ничуть не меньше, чем кто-либо другой.

Уж так повелось, что многое и многие были связаны с тем событием. Хотя сейчас, конечно же, о нем вспоминают далеко не все.

- Огонь и смерть… - прохрипел монах, чувствуя, как мурашки идут по его телу. – Нужно выпить вина.

Он встал. Подошел к двери и тихо открыл ее, дабы не разбудить часом старого чародея, который храпел в дальней спальне, словно паровоз.