Тропа для ищущих

- Поесть-то у тебя найдется? А то я голоден, как дракон, от самого Города-над-Морем топал.– Разумеется, найдется. Пойдем-ка поближе к очагу, друг мой. Честно говоря, я крайне удивлен, как ты вообще сюда, как ты выражаешься, “дотопал”. Корчма нынче по Тропам не плавает, к огромному моему сожалению.– Это еще почему?– Я все тебе расскажу по порядку, ты только поешь сперва, ладно?Да что ж тут успело стрястись, что Кьялар говорит с такими интонациями и в глаза не смотрит?! Узнал нечто важное, и не знает, что с этим делать? Есть в жизни такие вещи, о которых говорить ужасно трудно.

Особенно, друзьям.“Ага, вот сейчас он тебе скажет, что Тайри теперь его жена, и мы поползем обратно”. Голодный и только что пробудившийся Зверь оказался на редкость пессимистичен и язвителен.Если бы все было так просто, - мысленно вздохнул Лоцман. - И никуда бы мы с тобой не поползли, не поговорив с Тайри. Но мы оба чувствуем, что ее здесь нет, и это, вместе со странным поведением нашего друга Кьялара, очень подозритель-но. “И что мы теперь делаем? Допрашиваем с пристрастием?”Сначала - едим, а потом он и сам все выложит. Знаю я его характер.“Начни с мяса. Пожалуйста.” - Зверь удовлетворенно принюхался и погрузился в гастрономическое наслаждение.Утолив первый голод, Даррен, задумавшись, протянул руку к огню. Пламя, став из оранжевого иссиня-белым, взметнулось к самому потолку. Мелькнуло между всполохами обеспокоенное лицо саламандры. Маг удивился, насколько четче он сейчас различает детали, ведь прежде он видел только силуэт девушки в огне или же просто крупную ящерицу, лежащую на углях. Теперь же ему предстала грива из разноцветных прядей - от дымно-серых до огненно-красных - обрамляющая вечно юное лицо. Крупные золотые чешуйки блестели на лбу, скулах, шее и ключицах. Удлиненные глаза без белков полнились огнем, а пухлые губы напряженно сжались. Шакти показалась всего на минуту, но Даррен запомнил ее черты и понял, что уже никогда не перепутает ни с одной из ее соплеменниц. Хозяин притащил второй поднос, уставленный новыми яствами. Не забыл он и большую бутыль своего знаменитого вина, достаточно сладкого и крепкого, на этот раз пахнущего вишней и мятой. В ответ на это Лоцман лишь выразительно взглянул на него, не удостоив еду вниманием, и Кьялар, тяжко вздохнув, уселся напротив и налил себе вина в немаленький кубок.– Понимаешь… Нет, ты ни демона сейчас не понимаешь, конечно.