Лёд твоих глаз

***

Без сопровождения ректора прогулка по зданию Академии принесла больше удовольствия. Хоть я и спешила к секретарю, но бежать, роняя обувь, не собиралась. На широкой центральной лестнице было много народу: кто-то стоял у перил и о чем-то общался с друзьями или сокурсниками, кто-то неспешно спускался, а были и те, кто сломя голову несся вверх, удерживая учебную сумку под боком или у груди.

Светлый мрамор под ногами чуть заметно мерцал, выдавая напичканную защитными заклинаниями поверхность. Все же о сохранности местных старинных зданий тут беспокоились так же, как и в нашей.

.. в Королевской Академии.

Осторожно лавируя между скачущими туда-сюда лернантами, я свернула с центральной лестницы на второстепенную, а после оказалась перед длинным коридором. Судя по опознавательным знакам на ближайших дверях, мне нужно было идти прямо.

Здесь было тихо и достаточно темно: лишь редкие магические огни в канделябрах таинственно мерцали, украшая стены танцующими тенями. Я вглядывалась в фамилии и звания, написанные на маленьких золотистых табличках, в поисках нужного мне секретаря.

Поэтому, когда в меня на полной скорости влетел какой-то громила, я не успела отскочить или как-то среагировать. Мы вместе повалились на пол, и, если бы не моя сумка, скользнувшая за спину, мне грозил бы сильный ушиб позвоночника.

— Какого драгхла?! — возмутилась я, пытаясь скинуть с себя тяжелую ношу. Тело на мне зашевелилось, дернулось, и в следующий миг я наконец смогла увидеть, кто меня сбил.

Ярко-синие… нет, голубые… Ай, не разберешь в этом полумраке! Ледяные глаза смотрели на меня с каким-то раздражением и презрением.

Словно я не девушка, а какой-то каплехвост!

Парень отстранился, приподнялся на руках, продолжая лежать на мне. Это смущало. Это выбивало из головы все заготовленные язвительные речи. Потому что… это было до такой степени неприлично, что…

— Ты кто такая? — раздался холодный, как зимняя стужа, голос. Прищурив глаза, парень нахмурил брови.

— Слезь с меня немедленно! Что за манеры?! — возмутилась я, снова пытаясь спихнуть с себя неповоротливого нахала.

— А вдруг ты преступница и за твое задержание мне полагается награда? — сверкнули льдом его глаза. — Так кто ты?

— Новенькая, — буркнула я, заерзав под тяжелым мужским телом. Не хочет по-хорошему, будем по-плохому. Несколько мгновений он терпел, а после припечатал меня за плечо к полу и угрожающе наклонился к моему лицу. Так низко, что его светлые волосы коснулись моей щеки.

— Лучше прекрати ерзать, новенькая.