Мелодия из семи нот

С их откровенного разговора не прошло и недели — очень короткий срок, ничто по сравнению с длиной всего их путешествия — но казалось, будто за спиной осталась целая вечность. Рядом с ним она чувствовала, как ее уверенность в победе медленно, но растет. Каждый новый рассвет приносил новую надежду и укреплял ее веру в себя и в будущее.

«Неужели один человек способен вдохновить меня настолько, что я буду готова свернуть горы? — размышляла она, прижавшись щекой к теплому боку Алистера. — Нам не нужно даже разговаривать, мы понимаем друг друга без слов.

Изабо прикрыла глаза и, вслушиваясь в тихий треск очага, постаралась выбросить из головы все дурные мысли о том, что может случиться завтра. Завтра не было. Были только ночь, тишина, нарушаемая негромкими разговорами оставшихся в такой час в таверне посетителей, и они с Алистером.

Он гладил ее по спине, она чувствовала, как теплые губы легко касаются затылка.

— Не хочу, чтобы утро наступало. Ночь — такое спокойное время. Почему она не может длиться вечно? — наконец разбила она тишину.

— Еще немного и покой у нас будет не только ночью.

— Главное, чтоб не вечный… — Изабо вздохнула. При мысли о предстоящем сражении, от которого зависела судьба всего мира, от былого спокойствия не осталось и следа.

— Не говори так. Мы победим. Обязательно победим. Справимся.

— Мне так хочется тебе верить…

— Знаешь, — Изабо почувствовала, что Алистер улыбается, — а в Денериме у меня есть сестра.

— Конечно, — она тоже улыбнулась, понимая, что он хотел сказать. — Уверена, у нас будет минутка. Да и она будет рада тебя видеть. Сколько вы не виделись?

— Почти целую вечность.

Ночь казалась невероятно долгой. Даже если проводить ее вдвоем в одной комнате. Изабо не спала до самого рассвета. Смотрела на спящего Алистера и пыталась понять, что же будет между ними, когда все это закончится.

«Если все это закончится», — поправила она себя, убирая с его лба прядь непослушных волос. Он в ответ что-то пробормотал, не просыпаясь. Изабо улыбнулась.

Страх перед будущим накрывал ее все сильнее, как бы она ни бежала от него. Не опасность, не угроза миру, не смерть — не это пугало ее. Ее страшила неизвестность.

Изабо старалась не думать о будущем. Завтра — это что-то такое далекое, что может никогда не наступить.