Мелодия из семи нот

— Здесь она была предельно честной и с собой и с наставником.

Он еще раз обнял ее, сжав чуть сильнее, чем полагалось учителю. Изабо старалась не думать о том, что следующая их встреча состоится неизвестно когда. От этого становилось только грустнее и желание никуда не ехать, а остаться здесь, начинало свербеть где-то в горле.

Она уехала не оглядываясь. За весь день почти ни разу не посмотрела назад — боялась, что потянет, что захочется, что не сдержится и вернется.

И снова потянулись однообразные серые дни, словно вечные сумерки, сгустившиеся над башней Бдения или только над самой Изабо.

Она редко выходила из комнаты, обложилась книгами, записями, сидела на полу и, пока хватало сил, пробовала проводить разные ритуалы. Иногда уходила за пределы крепости, когда догадывалась, что заклинание не самое простое и безопасное.

В башне к таким ее отлучкам, казалось, почти привыкли. Но далеко не все. Она продолжала слышать шепот за спиной, в котором трудно было не различить непонимание, осуждение и страх.

Косые взгляды начинали раздражать настолько, что хотелось огрызнуться в ответ. Но Изабо сдерживалась. С трудом, но управляла эмоциями, не давала плотине прорваться.

«За столько лет могли бы привыкнуть». — Злилась Изабо на всех обитателей башни в целом и на каждого в частности. Даже на тех, кого встречала раз в неделю и даже не помнила имени.

«А сколько времени уже прошло?» — она и сама не знала ответа на этот вопрос. Давно перестала следить за часами, днями, неделями.

Какой в них смысл, когда все они на одно лицо? Она помнила только те немногие дни, которые проводила с Алистером. С каждым разом она все больше и больше ощущала себя воровкой, крадущей его у пусть чужой, пусть незнакомой, но ни в чем не виноватой женщины.

Каждое новое письмо с королевской печатью вызывало у нее панический страх — она ждала, что в нем будет та новость, после которой все закончится. После королевской свадьбы прошло уже достаточно времени, чтобы объявить о скором пополнении в семействе, но каждый раз письмо содержало лишь информацию о месте встречи и короткую приписку: «Не могу дождаться встречи».

Изабо не знала, как менялась она, — давно перестала смотреть в зеркало, но на лице Алистера морщины становились глубже, а усталость, казалось, настолько прочно въелась в кожу, что не проходила, даже когда он улыбался.

— Их становится больше, — заметил он, поворачивая к себе ее запястья, покрытые тонкими штрихами шрамов.