Любовь дракона

— На этот счет не скажу, но у них, судя по одежде, мода другая, да и каноны красоты точно не эльфийские. Ты, скорее всего, в них не вписываешься. А насчет того, что дам здесь нет, я бы поспорила! Как минимум одна имеется, и непонятно, кормить она тебя собирается или прибьет сейчас подносиком. Уж очень выражение лица у тетки странное».

К столу, за которым сидела Люба, по проходу двигалась высокая женщина в возрасте, плавно покачивая крутыми бедрами. Серебрившиеся сединой когда-то черные волосы были заплетены в косу и уложены венком вокруг головы.

Длинная темная юбка с пышными складками и оборчатый передник с вышивкой делали ее талию зрительно узкой, а «мадам сижу» широкой, насколько возможно.

«Моя попа в эту талию раза полтора вместится», — неожиданно взгрустнула Любовь Михайловна, заметив, как парочка воев с серебристыми прядями на висках ожгли заинтересованными взглядами проплывшие мимо сочные формы.

«Ты, вообще-то, уже замужняя дама, — напомнила Шиза, — но такие объемы тебе не светят.

Да! Ты смотри, что она тебе тащит... Хи-хи. За козу тебя держат, не иначе!»

Червяк в мозгах, претендующий на гордое звание магического интеллекта-помощника, гнусавенько захихикал, почти всхлипывая от веселого восторга и собственного остроумия, а Люба пригорюнилась.

«Уж лучше бы она меня прибила этим подносом. Было бы гуманнее».

Деревянное круглое блюдо размером с тележное колесо в полных руках роскошной драконицы было похоже на овощной прилавок.

В тарелках и мисках пучками и порезанные горками громоздились сырые и тушеные овощи, травы и прочая флора этого мира.

Присутствовали даже подозрительные ярко-голубенькие грибочки в количестве трех штук, блестя глянцевыми шляпками в зеленоватую крапинку.

Когда корпулентная мадам бухнула перед Любой эти дары лесов, полей и огородов, Эндерк наконец убрал с ее плеча руку и коротко бросил:

— Ешь, потом Гертруда отведет тебя в мою комнату. Я пока переберусь в общую для командного состава. — И он ушел к небольшому столику в углу между окном и очагом с кованой решеткой.

Гертруда сложила руки на сдобной, обтянутой белоснежной блузкой груди и уставилась на замершую испуганным сусликом Любу.

— Давай жуй, эльфийка. У меня еще полно работы, некогда тут за тобой присматривать, — не особо приветливо буркнула она. — Все свежее, мытое, не отравленное. Мы договор соблюдаем! Да и дочка моя должна скоро разрешиться от бремени, так что зла я тебе не желаю. Пока...