Любовь дракона

Дети ни в чем не виноваты, и наказывать их за ошибки предков — это неправильно. Не знаю, что ожидает меня на вашем ритуале... — она внимательно наблюдала за реакцией дракона, — но я сделаю все, что в моих силах.

Эндерк с недоверием разглядывал эту хрупкую девчушку с острыми ушками и, похоже, стальным характером. Если ранее ее вид иногда вызывал жалость, то сейчас в сыне повелителя драконов где-то глубоко в душе появилось чувство, похожее на уважение.

— Посмотрим. — Он отвернулся, чтобы не выдать своих эмоций, и направился к двери, бросив через плечо: — Тебе стоит отдохнуть.

Вставать придется до рассвета. Я поставлю воев у дверей, чтобы тебя не побеспокоили больше.

Дракон ушел, а Люба задумчиво смотрела ему вслед.

«Он вроде тебе поверил», — заметила Шиза.

«Я его не обманывала».

«Да я-то знаю, но он не знает! Однако поверил!»

«Только я для него все равно чужачка. — Любины губы изогнулись в горькой улыбке. — Для них всех».

«Ой, да ладно! — Шиза была явно чем-то довольна. — Нормально все.

Сведениями опять же разжилась. Вот ритуальчик удачно пройдет, и, возможно, эти ящерицы к тебе проникнутся. Пошли спать, а?»

Откровенно говоря, Любе казалось, что она ни за что не уснет, но стоило голове коснуться подушки, как женщину словно выключили.

Разбудило ее легкое касание чужих пальцев, погладивших по щеке, и заверещавшая будильником Шиза. Кстати, ИИшный червяк сообщил, что драконище торчал в спальне уже минут десять и пялился, между прочим, на то, как Люба спит.

«Хотя на что там у тебя пялиться?» Настроение у Шизы с утречка было боевое и ехидное.

Где-то внутри Любовь Михайловна уловила, что симбионт нервничает и тоже опасается неудачного проведения ритуала, хотя и непонятно почему.

— Собирайся. Времени мало. Я чувствую, что ты не спишь, — прервал размышления женщины голос мужа. — Светает почти, а еще надо добраться до места.

Про рассвет это он сильно преувеличил. Когда они в сопровождении десятка воев вышли за ворота казармы, с высоты им весело подмигивали звезды, а небо на горизонте даже не планировало светлеть.

Мужчины по одному оборачивались и взмывали в воздух крылатыми ящерами, пока рядом с Любой не остался только Эндерк.

Он искоса наблюдал за ушастой, которая большими, как блюдца, глазищами завороженно глядела, как вои, окутавшись дымкой трансформации, превращаются в огромных рептилий и взмахами мощных крыльев поднимаются в небо.

— Страшно? — поинтересовался он с усмешкой.

— Красиво.