Сбежавшая невеста ректора, или Дорогами Эльзы

Вашего друга я не обижу.

 - Я знаю, - кивнул Ланс, уверенный в своих словах. Он продолжил наблюдать, как очень цепко и одновременно бережно ухватил мастер копыто зверя, вытащил оставшиеся там гвозди. Затем очень уверенно снял верхний роговой слой и кусачками подровнял. - Вы, наверное, любите свое дело? - спросил герцог, привалившись к спинке кованой скамейки.

 - Люблю, - согласился кузнец, подкладывая под подкову резину, - но было такое, что едва без него не остался.

 - Как это? - поинтересовался Ланс из вежливости.

В его мыслях сейчас была только встреча с родителями Эльзы. Именно о ней он думал, едва пересек границу двух стран и до настоящего момента.

 - А вот приключилась у меня эта болячка, думал все, не выкарабкаюсь. Скрюченный и никчемный. За исключением мужской части, разумеется, - исправился кузнец и тут же усмехнулся. – Но ведь на этом далеко не уедешь и на хлеб с маслом не заработаешь. Да и как мужик не красавец стал. Запил я тогда крепко. И чем больше пил, тем больше крючило меня.

 - Как справился? – спросил герцог, на этот раз уже более заинтересованно.- Кто-то заговорил или дошел до крайности, болезнь подточила?

 - А почти и дошел…даже стыдно сказать, едва инструмент свой не пропил, - кузнец кивнул в сторону наковальни. - И ведь остановился-то не сам! Помогли добрые люди.

 - Травами?

 - Травы были, но потом. А поначалу к нам заехал граф со своей дочуркой. Тоже коня подковать по пути. А я не могу... Руки гнет, сильнее чем от похмелья.

 Стыд, да и только! А она, светлая душа, даром что дитя, так со своей лошадки соскочила, да ко мне, несуразному подбежала, ручонки свои на мои пальцы положила и спрашивает: "Болят, да? Сильно?". И столько в ней было трогательности, доброты и нежности, а еще сострадания ко мне, забулдыге, что в груди моей  что-то зажгло, прямо как каленым железом.

 - Помогло? - с затаенным дыханием поинтересовался Рид, хотя уже знал ответ, даже предвкушал его. – Болят руки-то?

 - Руки-то? - усмехнулся кузнец, отпустив ногу коня и на всякий случай, проверяя другие подковы,- руки болят.

А вот душа — нет. И пить я завязал, как отрезал.  Вот оно слово чистого человека. Его не купишь ни за какие деньги. От сердца оно должно идти.

 - От сердца, - кивнул Ланс, уже понимая, что по-другому девчонка вряд ли бы смогла.

 И появились в голове ректора мысли о даре целительства у Эльзы.