Сказки Волчьего полуострова. Король на площади

Очень тяжелый, украшенный ковкой под стать двери: в Ристе любая металлическая дверь, ворота или калитка — настоящее произведение искусства. Повторов в кованом узоре не бывает, над каждым поработал искусный художник, а воплотил не менее искусный кузнец.

— Чей это все-таки дом, Кароль?

— Мой.

— О, — сказала я, не зная, как реагировать. Такой большой и новый дом в столице, в респектабельном районе… А ведь я даже не задумывалась, где живет Кароль; он представлялся мне неким перекати-поле.

— Твоя комната слишком темная и тесная.

Так что пользуйся этим домом как мастерской.

— Спасибо, но…

— Должен же я как-то отблагодарить тебя за помощь в ту ночь! — перебил меня Кароль. — А ты прекрасно держалась, видимо, жизнь в Волчьей стране регулярно подкидывает тебе окровавленных мужчин, а?

Я не отозвалась на его шутливый тон, произнесла ровно:

— Я ухаживала за Пьетро до самой его смерти.

— Вот как.

И Кароль замолчал. Мы шли по темнеющим улицам. В этом квартале они были прямыми, широкими — без труда могли разъехаться два экипажа — и хорошо освещенными.

Надо будет заглянуть сюда во время вечернего дождя, когда размытое золото фонарей отражается в зеркале мокрых булыжников…

Считается, что солнечная, яркая Фьянта — неиссякаемый источник вдохновения для художников и поэтов. Но именно здесь, в каменном, полном ветров и дождей Ристе, я раз за разом нахожу себе объекты и пейзажи, которые непременно хочется перенести на холст или бумагу…

И один из таких объектов сейчас как раз идет рядом.

«Объект» словно услышал мои мысли, взглянул, улыбнулся быстро.

— Встречаемся завтра в доме в это же время? У меня много дел, так что на площади не появлюсь несколько дней.

Будешь скрываться от своих убийц? Не повторив этот вопрос вслух, я взглянула на острый профиль Кароля.

Или охотиться на них?

***

Так вот откуда взялась ее удивительная выдержка — Эмма ведь и глазом не моргнула, увидев лезущего в окно окровавленного мужика! Да и перевязку делала вполне уверенно. Он-то решил, что подобные навыки входят в обязательное воспитание волчьих девиц!

А Эмма просто ухаживала за умирающим мужем… Он поморщился, представив, каково ей пришлось.

Но если она упомянула об этом, то готова говорить и дальше. И больше.

Не то чтобы он был уж совсем бескорыстен, предложив ей целый дом под мастерскую. Хотя поначалу, после предупреждения Эрика собирался лишь подыскать для художницы безопасное убежище. И чего зря время терять — пусть заодно займется наконец его портретом.