Сказки Волчьего полуострова. Король на площади

Я уловила момент, когда Кароль заметил, что его рисуют, и начал позировать: голова выше, спина прямее, плечи расправлены. Да еще провел рукой по растрепанным темным волосам, приглаживая и откидывая их с высокого лба...

Когда он пошел в свой привычный обход площади, останавливаясь там, заговаривая здесь, пересмеиваясь тут, я продолжила рисовать уже по памяти.

...Джок приветственно свистнул над самым моим ухом, и я опустила уголь. Кароль навис надо мной, то так то эдак склоняя голову, — рассматривал стремительные зарисовки.

Сильная кисть руки с набухшими венами, прищуренный глаз, изогнутые густые брови, крылья острого носа, выразительный узкий рот, упрямый подбородок, сильная шея... Задумчиво почесал в затылке:

— Это все я?

— Не узнаёшь?

— Какой-то я у тебя не целый. Вон портрет той рыжей девицы ты нарисовала безо всякого... расчленения!

Я улыбнулась явной обиде в его голосе.

— Портретик на заказ — это не портрет того, кого тебе хочется нарисовать.

— А тебе хочется меня нарисовать? — тут же прицепился Кароль.

— Нужно сделать множество набросков, подобрать фон, освещение...

— Так тебе хочется меня нарисовать? — настойчиво повторил Кароль. Он улыбался широкой — от уха до уха улыбкой. Я не могла не улыбнуться в ответ.

— И чему это ты так радуешься?

— Тому, что ты хочешь рисовать именно меня!

Вот так бы и щелкнула его по самодовольному длинному носу!

— Кароль, ты не знаешь, с чем столкнешься, когда — если — я буду писать твой портрет! Это не часок, который пришлось поскучать той самой девице на стульчике! Часы, дни.

.. недели. Я не позволю тебе двигаться, есть и пить. Если уж я себя не жалею, то и тебя не пожалею тоже!

— Твоя одержимость, да? Понимаю.

Ничего-то он не понимал. Я добавила:

— И еще тебе может очень не понравиться то, что ты увидишь на портрете!

— Изобразишь меня в виде дряхлого безумного старца? — испугался Кароль.

— Я изображу тебя таким, каков ты есть на самом деле.

— Думаешь, я о себе ничего не знаю?

— Иногда мы так глубоко и так надежно прячем от окружающих какую-то часть своей натуры, что и сами о ней забываем.

А порой даже и не подозреваем о ее существовании. Так что хорошенько подумай, прежде чем решиться!

Кароль, прищурив один глаз, смотрел на меня.

— Сдается мне, ты на уговоры напрашиваешься?

Я пожала плечами:

— Ты волен думать, что хочешь. Я предупредила честно.

Я оттерла пальцы от угля, прежде чем взяться за кисть. Одержимость одержимостью, а кушать хочется каждый день.