Облако мыслей

Прошу прощение за поспешный визит без приглашения, однако он никак не мог быть отложен по понятным причинам, - он прочистил горло, - могу я присесть?

Его маршал в этот момент сперва разглядывал маленькие стульчики, которые под его рост и размеры привычного для меня онтелбанца или костнийца были слегка маловаты, а после занял сразу два, вытянув и положив на второй грязные армейские ботинки, которые я отметила ещё вчера.

- Как будто у нас есть выбор, - фыркнула бабуля, - с другой стороны, мне не понятно, почему сам ваш высокопоставленный чин плевать хотел на происходящее и сидит молча.

Все мы уставились на сверлящего меня с кривой ухмылкой маршала. Тот не заставил себя ждать в комментарии на онтелбанском:

- Спроси у неё, какого хрена она такая страшная? – он презрительно поджал губы, не сводя с меня взгляда.

Я приподняла бровь. Вау. Меня впервые назвали некрасивой. Даже смешно чуть-чуть стало, что я и продемонстрировала. Нервность никуда не ушла.

- Маршал воспитывался в патриотических традициях нашей структуры управления – ему не известен ни один язык, кроме его родного, - гордо выдал сопровождающий и переводчик тридцатилетнего маршала, - и он преподносит вам своё восхищение вашей красотой.

От этого я совсем закатилась. Да ладно? Настолько наглая ложь?

- Переведёшь? – догадалась такая же заинтересованная бабуля.

Спутник маршала в этот момент бледнел настолько, насколько мог.

- Здорово, что мы настолько солидарны во мнении насчет друг друга, - приняла исходящую паром чашку от управляющей я, - ты помимо того, что старый, так ещё откровенно неприятный и странный, если судить по тому поведению, что сейчас проецируешь.

Теперь вытягивалось и лицо… как его там зовут? Мунтасар, прости система. А, нет, я ошиблась – он растягивал губы в оскале.

- Узкоглазые бабы бывают не тупыми? – он попытался схватить меня за подбородок, - хотя ты лишь наполовину порченая, - ухмылка, - придётся всю дряную кровь выбивать из тебя, чтобы добрать хотя бы до уровня низшей рабыни.

По рукам он получил сразу же, вызвав ужаснувшийся вскрик от своего сопровождающего и хмык от бабули, так и продолжившей тянуть чай.

- Не прикасайся ко мне, онтелбанская свинья! – на их рычащем языке это выглядело мощно, - либо научись культуре моей страны, либо возвращайся в свинарник, где тебе самое место.

Если кто подумал, что я грубиянка, то это их манера общения.