Грёзы о любви

— Но что будем делать? Моя фантазия истощилась.

— Твоя? Лидэль, вот сейчас я действительно разочарована.

— Сестра, но ты ведь не будешь спорить, что на этом гордеце мы использовали все свои навыки и умения.

— Значит, нужно искать новые идеи!

— Внимательно тебя слушаю, о маг, — подобострастно заявил он и отвесил глубокий поклон.

— Итак, — Линэль закинула ногу на ногу и в задумчивости постучала аккуратными острыми ноготками по жесткой обивке кресла.

 — Итак, как бы нам разнообразить жизнь нашего невыносимого старшего братца?

— Вшить иголки в сиденье стула?

— Было.

— Перекрасить все рубашки в ярко-розовый?

— Было.

— Сжечь все его альбомы?

— Было.

— Налить кузнечной смолы в ножны с мечом?

— Было.

— Моя фантазия сдается.

— Какая она у тебя слабая.

— Покажи пример на себе.

— Легко, — в бледно-голубых глазах Линэль мелькнул огонек азарта.

 — Ты неправильно ставишь вопрос, надо исходить из того, чем занимается и где бывает Лоренс.

— Курсирует из отцовского кабинета в зал совещаний, из зала — на тренировку, с тренировки — в отцовский кабинет, и так по кругу, — скучающим тоном перечислил Лидэль. — И еще спит. Лучше бы ты его облила.

Он встретился взглядом с сестрой, ее словно озарило.

— Конечно, Лидэль, это же так просто! Когда Лоренс встает?

— Раньше меня часов на пять.

— А не на семь?

— Удачная шутка, сестра, мне было почти смешно.

— Жду твой вариант, — парировала Линэль и изящно поднялась с кресла. Длинный подол ее дорожного платья прошелестел по жесткой обивке кресла. Линэль, как и ее мать, Алеста, пользовались всеми благами, которые были им доступны: наряды, украшения, породистые лошади. От природы принцесса была необыкновенно красива: в ее внешности фамильные черты рода отца переплелись с красотой матери из семьи Феланэ.

Таким же был и Лидэль, пленявший юных эльфиек не только своим высоким статусом, но и чарующим обаянием. В этом с ним мог поспорить только Лоренс. Старший принц отличался статью и сдержанной, мужественной красотой: высокий, уже на полголовы выше Лидэля и отца, с пронизывающим взглядом темно-зеленых глаз и непоколебимой уверенностью, сквозившей в каждом его жесте и слове.