Грёзы о любви

Нарель знал, что все это время, пока он посвящал себя сыну, его возлюбленная продолжала жить, что нашла достойного мужчину, с которым создала семью. Он даже не ревновал — лишь чувствовал тупую боль где-то внутри, когда осознавал, что она где-то далеко, в объятиях другого, носит его детей и зовет его любимым, — все это осталось в прошлом. Пусть она будет счастлива с другим, раз сам Нарель ее подвел, не смог подарить семью. Так он всегда размышлял и постепенно даже начал думать, что позабыл ее: ее лицо, ее голос, ее улыбку.

Она стала далеким виденьем, оставив ему лишь боль в сердце, которое он разбил сам.

А вчера Нарель увидел Алесту вживую. Увидел и едва смог продолжить дышать. Как же глуп был он, полагая, что смог ее забыть. Ни на секунду, ни на мгновение он не забывал ее, она всегда была в его сердце. И он все так же, как двадцать лет назад, любил ее.

***

— Ты поздно, — Авелис подняла голову, с улыбкой посмотрев на мужа.

Тот прохромал к дивану и устало на него опустился.

— Утро выдалось интересным, — признался он, пока супруга подносила чай. — Не стоило, Авелис, я и сам могу.

— Даже не думай, я имею права о тебе заботиться. Может быть, я для этого и вышла за тебя замуж!

— Тогда мое сердце разбито, я-то верил в любовь, — мягко пошутил генерал, отпивая чай.

— Так где ты так долго пропадал?

— Беседовал с королем и кронпринцем.

— И как?

— Могу сказать, что король вырастил достойного преемника.

А излишняя самоуверенность стесается в первой же серьезной битве — через это проходят все молодые. А почему ты так рано пришла? Я думал, ты задержишься у сестры до вечера.

— У королевы множество обязанностей, я не посмела дольше отвлекать ее от дел.

Селон проницательно посмотрел на супругу: он чувствовал, что она что-то недоговаривает. Они не привыкли что-либо друг от друга скрывать, и первая же скользнувшая на горизонте тень была заметнее войска солдат.

— Меня терзают сомнения, что сестра моя счастлива в браке, — осторожно произнесла Авелис, перебирая складки платья. Селон нежно накрыл ее руку своей.

— Я знал короля Лестера, когда он был еще ребенком, потом юношей и мужчиной. Я видел, как они жили с королевой Илинерой. Наш король добр в сердце своем, хоть норовом и крут. Его взрастила война, но он не будет мучить близких своих, как это делал его отец.

— Король Линэлион...