Лилия- хранительница леса

И олень, повернувшись к ней, удрученно спросил:

– Ты еще и мысли мои читаешь?

– Нет, просто ты не умеешь пока своими мыслями управлять. Животные общаются телепатией, но могут и скрыть сокровенное от других, я научу тебя…

– Животные… – повторил рассеянно Станислав. – Это невозможно! И ты… ты разговариваешь со мной? Я умер?

– Нет, ты жив, просто…

– Лучше бы я умер,

– вздохнул он, опустив голову.

Лилия рассказала ему, почему он превращен, умалчивая о том, что превращен он временно, и, конечно, не говоря, что и сама не просто лань, а человек.

Она повела его по лесу, разговаривая о том, о чём давно хотела поговорить с людьми.

– Неужели вам не бывает жалко животных, когда вы убиваете их? – спросила она Станислава.

– А как же жить тогда? Что есть? – ответил он ей вопросом на вопрос.

– А рубите деревья?

– Мы строим из них дома.

– Хочешь сказать, что на охоте ты добываешь себе пропитание?

– Да.

– Ни о каком пропитании и речи нет, – вмешался неожиданно в их разговор Сивур.

– Эти ничтожные потомки Арсанны и Созона убивают наших зверей преимущественно из-за шкур, которые они перешивают в воротники и прочую мерзость, а еще они удовольствие от этого получают. А ты, – обратился он к Станиславу, хищно сверкнув глазами, – если будешь врать, я тебе глаза выклюю!

Станислав опустил голову в знак послушания.

Сегодняшний день он и Лилия провели в бесконечных спорах насчет правильного существования. Дочь леса не понимала его жестокости, а он не понимал, за что она осуждает его и образ жизни людей.

Сивур всё время находился поблизости, наблюдая за ними. Он был сильно обижен тем, что Ардалион изменился в отношении к нему, когда Лилия появилась в их жизни. Хранитель теперь ставил на первое место интересы своей принцессы, не считаясь с мнением Сивура, у которого и так скопилось внутри много ревности, обиды…

Уже наступал полдень. Станислав и Лилия стояли под тенью раскидистых сосен.

Казалось, оба уже привыкли друг к другу так, будто знакомы давно.

– Помнишь, ты погнался за стаей волков и мной, когда мы сбежали, что ты чувствовал тогда? – спросила Лилия. – Тебе было страшно?

– Нет, – ответил Станислав. – Всё, что я чувствовал, – это неимоверная злость. Я не привык, чтобы у меня что-то отнимали, чего-то лишали. Сейчас я не представляю, как я мог еще надеяться на победу, ведь это было так опасно и глупо.