Лилия- хранительница леса

Он влюбился в коварную богиню, и вместо того, чтобы обратить их в людей, лишив силы и мощи, он творил с ними зло. Нимфы из небесных сфер обворожили нескольких мужчин из рода людей, и вскоре у них родились дети –девушки-колдуньи. Богиня разрушений влюбляла в себя, но сама полюбить не была способна. Разговаривая как-то раз со своими дочерьми, она упомянула о том, что собирается подчинить себе не только мир духов, но и мир людей, а ее избранником станет самый красивый мужчина, которому она подарит силу и бессмертие.

Отец Дорофея услышал этот разговор и в порыве ревности убил Богиню Разрушений. Ее прекрасные нимфы покинули этот мир, оставив своих дочерей на Земле. Несмотря на то, что Богини Разрушений теперь не было рядом, первый правитель гор уже не смог стать прежним, вкусив зло, он продолжал дела своей умершей любимой. Его брат все еще любил его, и поэтому не мог жестокостью отвечать на его жестокость. Он обратился к нему с такими словами:

– Ты стал бесчувственным и холодным, как камень, так и правив же им!

Так он сказал и лишил девушек-колдуний плоти, дабы они не смогли натворить ничего дурного.

Каждая из них стала покровительницей определенного камня или металла. Отец Дорофея стал повелителем гор, творя вокруг страшные дела с холодной расчетливостью. Во зле он вырастил своего сына. Позже Дорофей стал заботиться о своих племянницах – горным нимфах и полностью заменил им отца. Он хочет подчинить себе лес, а затем завладеть и всем миром.

– А вы братья? – спросил, немного помолчав Станислав.

– Такие разные!

– Да. Добро и зло, как из одного котла мешаны. И миру необходима их вечная борьба. Борьба со сменяющими себя проигрышами и выигрышами, только так будет сохранено равновесие на Земле.

***

– Ардалион так интересно рассказывает! – сказал Станислав Лилии, когда они прогуливались одни по лесной тропе. – Неужели все на самом так было?!

– Я верю в это, – ответила ему она.

– Ну, тебе легче: ведь ты сама являешься частью этого волшебного мира. А я?

– А что ты? Ты тоже, просто в тебе, как и в остальных людях притупилось то чувство, которое позволяло бы вам видеть других существ, которые стали для вас мифом.

Станислав ничего не ответил на ее слова. Он привык уже к тому, что буквально недавно было для него сказкой. Ему нравилось говорить с дочерью леса. Глядя ей в глаза, он чувствовал, что говорит с каким-то высшим существом: в ее взгляде было то, что привлекло его внимание еще тогда, когда он поймал ее в лесу.