Магия снов

– Не знаю, но… смотри, вон там, тот парень… он кажется таким молодым и…

– …Мертвым, – вздохнул Саша и отвернулся. – Что это вообще за место такое… по середине какие-то столы, словно для выборов в президенты…

– Зал Советов, – указала я на дверь, – там же было написано.

– Ты поняла, что было написано теми иероглифами? – удивился Саша. – Как?

– Вообще-то там было вполне по-русски написано, – возразила я.

– Нет, я видел, там были иероглифы…

– Тогда… тогда я не знаю, – пожала я плечами под пристальным взглядом парня.

– Правда, не знаю. Не смотри так. Я здесь… погоди, а сколько время?

– Без пяти семь, – поднял он руку с часами. – А что?

– Меня нет дома около восьми часов? – в ужасе выкрикнула я и тут же весь зал смолк и все уставились на меня. – Простите, простите, – смущенно опустила я голову и голоса снова наполнили зал. – Восемь часов, боже…

– А вот и они, – сложив перед своим лицом руки вместе, произнес мужчина в красной мантии, скрывавшей лицо. – Удивительно! И вправду сходство налицо, боже мой, братья, вы видите?

Дверь с очередным тяжелым звуком захлопнулась.

И на ее пороге оказалось десять людей в алых мантиях.

– Мудрейший Петр, вы знаете, что нужно делать, – подошел к самому первому другой и снял мантию. – Настало время заседания, брат наш.

– Вы правы, мудрейший Андрей. Просто я слишком эмоционален, – снял капюшон и первый Мудрейший и следом все остальные. Наверное, самое запоминающиеся лицо было как раз-таки у этого Петра. Было в нем нечто знакомое.

А еще он выглядел более живым, чем остальные. Несмотря на седину в волосах и светлую, словно простыня, кожу, в нем горел яркий огонь любви к жизни, а глаза, глаза были такими живыми, такими с блеском и азартом. Я бы сказала, что в нем точно живет мечтатель, а никак не Мудрейший.

– Мудрейший Петр, – произнесли девять людей в мантиях так, словно это вздох.

– Дорогие мои, как насчет легкого и быстрого перемещения в лазарет? – обратился к залу Петр. – Елизавета все уже подготовила.

Крыло открылось. Итак, – хлопнул он в ладоши. – Начнется веселье, – протянув руку в сторону, он выхватил из воздуха красивый деревянный посох и ударил им по полу несколько раз. – Активация, – добавил он, после чего весь зал озарила яркая вспышка света и… наступила тишина. – Так-то лучше, – положил он на посох руки, поверх которых пристроил подбородок. – Ну-с, кто это тут у нас?

– Вы – Мудрейшие? – выскочила я вперед, указывая на них пальцем.