Попробуй меня поймать, или Портальная аномалия

И вовремя – именно в этот момент щёлкнул замок и чей-то голос скомандовал: «Вперёд».

К счастью, в этот раз на корабль я перенеслась даже без визуального представления. Видимо, так перепугалась, что сознание сработало само собой. Растеряно вдохнула в магазине… а выдохнула уже на родной палубе.

От испуга корзина с добычей выпала из рук, одна из только что добытых тарелок разбилась, зато обе кружки уцелели.

Вот так я добыла себе пропитание…

Вот так я по-настоящему стала преступницей.

***

Проснувшись этим солнечным утром, я долго лежала на жёсткой деревянной кровати без матраса и боялась пошевелиться.

Во время завтрака в сухомятку к списку необходимых вещей добавилась пресная вода, артефакты холода и нагрева, одежда и светильники, а то ночью тут одной жутковато в полной темноте. А ещё, если собираюсь здесь задержаться, придётся придумать что-то с душем и туалетом.

Красть всё это – проблематично. Лучше купить. А значит, нужно где-то взять много денег. Банк ограбить? Ох, не думаю, что это будет просто. Отобрать у кого-нибудь из богатеев, выступив местным вариантом Робин Гуда? Ага, так и представляю себя забирающей деньги у толстосумов, и отдающей их бедным. А в народе меня прозовут Анна Неуловимая. Или нет, лучше – Анна Великолепная. А может, сразу Анна Всемогущая? Эх, ладно, что-то меня, кажется, занесло.

Резонно подумав, что в любой момент, если что случится, смогу вернуться на корабль, я решила всё-таки наведаться в общежитие. Переместилась прямиком в свою комнату, которая оказалась заперта снаружи и, вполне возможно, опечатана бравыми полицейскими. Хорошо хоть вещи мои они не тронули, даже деньги, припрятанные под матрасом, не забрали. Кстати, о последнем, вот он-то мне и пригодится.

В итоге, покидав все свои небогатые пожитки на матрас, я не знаю зачем добавила ещё и стул, сама примостилась сверху, попыталась обхватить свою добычу, закрыла глаза… и довольно ухмыльнулась, спустя мгновение оказавшись на своей родной палубе.

А жизнь-то налаживается!

Ближе к обеду, переодевшись в серые брюки и тёмную тунику, спрятала волосы под тёмно-синим платком, собственноручно вырезанным из юбки одного из ненавистных платьев, и попыталась рассмотреть своё отражение в серебристом боку спёртого вчера ножа.