Избранная тьмой, или Морок моего сердца

Морок, хотя и был в легком замешательстве после известия об отраве, этого не показал и сдержал порыв шагнуть ближе.

— Мне ее отдай.

— Это с чего же? — усмехнулся Дит.

— Скучно, — пожал плечами Морок. — А девица занятная. Да только шустрая. Себе во вред, как оказалось.

— Полагаешь, она тебе на свет укажет?

— Так далеко не заглядывал. — Охранитель сумрака снова как можно небрежнее дернул плечами, уже не удивившись, что охранителю праха ведомо о пророчестве. Но и сообщать, что Мияна не его суженая, не стал. Это касается только его.

— Говорю же — скучно. Уж тебе о скуке побольше моего должно быть известно.

— Девиц на свете много.

— Много, — охотно согласился Морок. — А мне эта нужна.

Дит качнул головой, будто решил взвесить слова охранителя сумрака на невидимых весах. Мороку он напоминал птицу — черную, хищную. На лице только глаза краски и давали — пронзительные, цвета состаренного золота.

— Не положено, охранитель сумрака, сам знаешь. Правила нельзя нарушать. Из кого дыхание ушло, прахом станет.

— Девица еще дышит.

— Едва.

— Но дышит. Выходит, жива. И тебе не принадлежит.

Дит, снова поразмыслив, кивнул. У Морока внутри будто невидимая рука, державшая нутро, разжалась.

— Что взамен предложишь?

Охранитель сумрака сдержал порыв улыбнуться. Если есть торг — не все потеряно.

«И с чего бы мне до девицы этой дело есть?» — тут же подумал. — «Были и красивее ее, и фигуристей, и покладистей куда».

Но Морок помнил, как Мияна бесстрашно заглянула ему в глаза. Прямой взгляд охранителя сумрака мало кто мог вынести, особенно когда он того не желал.

А девица мало того, что вынесла, к тому же еще и на язык остра оказалась. Да и трактирщик много чего Мороку в ту ночь поведал, разжег его любопытство. А это редко случалось. Последний раз, охранитель сумрака припомнил, девица хозяина вулкана подобный интерес вызвала, но то давно было. Да и прошедшая ночь, Морок с собой был честен, из памяти не изгладилась. Сегодня он потому следом за девицей в лес и устремился. Только рассчитывал, что она там будет одна.

— Теней могу тебе в услужение отдать, — для вида подумав, предложил он охранителю праха, зная, что тот откажется. А сам пока в это время пытался сообразить, что способно заинтересовать Дита.

— Теней мне и своих хватает, — откликнулся охранитель праха.

— Монетами и золотыми безделушками, думается, тебя не прельстить.

— А ты предложи. Попробуй.

Морок чуть уголком рта улыбнулся.

— Есть у меня один кубок. Три века ему. Работы мастеров из Ферта.