Избранная тьмой, или Морок моего сердца

Память тотчас вернулась, все припомнила: и как со Златой говорили о приворотных зельях, и как помутнело в глазах, и как опустилась без сил в траву. А потом — ничего. Тишина. И пустота. Приложила руку к горлу, вспомнив, как перехватило дыхание. Сделала глубокий вдох, желая удостовериться, что и впрямь дышу.

— Злата бы никогда так не поступила… Не верю.

— Тебе, конечно, виднее, — прилетело в ответ насмешливое, а я только после того и осознала, что проговорила свои опасения вслух. Ну и пусть.

Приложила пальцы к вискам, чуть потерла, старательно воскрешая в мыслях, что чувствовала, когда ела пирожок.

— Ясенит… — прошептала, все поняв.

Вот почему пирожок был таким сладким… Я-то думала, виновата кухарка, а это сделалось для того, чтобы скрыть горький вкус ясенита. Но неужели Злата настолько возненавидела меня за случившееся с Виданом, что решила таким образом избавиться от соперницы? А как же ее просьба о помощи? Или это было лишь способом отвлечь меня?

Мысли толкались в голове, кусались, будто злые голодные псы, когтили разум, терзали сердце, но вот ответа так и не нашлось.

Обхватив себя за плечи, с опаской взглянула на черноволосого, который не мигая смотрел на меня своими глазами-капканами.

— А ты… ты спас меня?

— Не хотелось бы хвастать.

— Я ничего не помню.

— Сложно что-то помнить, когда лежишь без чувств, так что прощаю.

— Ты спас меня. Дважды за последние сутки. И я благодарна, но… Нет, не понимаю. Как ты там оказался?

— Гулял.

— В лесу? — Я бросила выразительный взгляд на незнакомца, по виду которого меньше всего можно было подумать, что он праздно бродит по чаще.

Черные штаны и рубаха, к тому же вышитая атласной черной нитью, и лаковые сапоги до колен выдавали в нем хозяина поместья, но никак не любителя прогулок на свежем воздухе. Однако смуглое лицо и подтянутая фигура говорили об обратном. Окончательно запутавшись и смутившись оттого, что он заметил, как я его рассматриваю, смешалась и просто ждала, что он ответит.

— Что в этом такого? Или только тебе можно бродить по лесу с пирогами, начиненными отравой? — Черноволосый подошел к каминной полке, из серебряного кувшина плеснул в два кубка по глотку темно-красного вина.

— Ты не похож на любителя лесных прогулок.

— Мне нравится одиночество. Вот только сложно хранить душевное спокойствие, когда тишину вдруг разрывает чей-то крик.

— А ты всегда разгуливаешь по лесу с противоядием в кармане?

— Только в исключительных случаях.