Погадать вам, господин следователь?

В академии я учусь на факультете провиденья.

— Я обладаю истинным даром, но тем не менее я здесь, — девушка окинула взглядом помещение и протянула мне руку в знак приветствия, — Лемма.

— Уверена, вы служите здесь из собственных интересов, а не потому что вам ничего не дается. А что заканчивали? Зелья?

— Ты смотришь в самую суть, Касс, — от её взгляда я даже поёжилась. — Это полезное качество для провидицы.

Так и знала, что все эти высокопарные речи скрывают типичную одаренную. Девушка перетасовала колоду и положила её на стол, так и не дав мне подснять.

— Расскажи мне, что тебя беспокоит. На что или кого гадаем, какие ответы ищем?

— У меня… мне снятся плохие сны. И с тех пор, как они снятся, всё словно валится из рук. Я хотела бы узнать, как их прекратить.

— Ты не хочешь рассказывать, что именно снится? — спросила Лемма, совершенно верно поняв причину моего смятения.

— Да, для расклада я рассказала достаточно, хоть и сомневаюсь, что это поможет, у меня всегда сплошные «затуманенность ауры и несчетное количество путей».

Девушка хмыкнула, улыбнувшись уголками губ и мне подумалось, что возможно она даже моложе, чем мне показалось в холле. Я подсняла протянутую колоду и засмотрелась.

Лемма также плавно тасовала и распределяла карты в раскладе, как двигалась в жизни. Гладкие картинки перемещались с такой скоростью, что я могла точно определить: это не стандартные ведьминские уловки, так выглядит дар.

— Я и правда училась на зельях, — ответила девушка на мой немой вопрос.

Расклад отдаленно чем-то напоминал кельтский крест, хоть и содержал на две карты меньше. Никогда такого не видела. Лемма развернула каждую карту лицевой стороной и на мгновение задумалась.

Странно, карты вновь ничего особенного не говорили, хотя и не были для меня типичны. Девушка встала из-за стола, зажгла благовония, свечи и взяла другую колоду.

— Карты пропитались даром, они показывают моё будущее, а не твоё.

С этими словами девушка повторила ритуал. В этот раз всё было иначе, возможно, дело в ароматической смеси: запах исцеляющей гвоздики и защищающего ладана заполонил комнату и мой разум. Карты словно светились, подсказывая, что хотят поговорить со мной.

— Вы что-то добавили в благовония? — спросила я без единого сомнения в происхождении эффекта.

Взгляд Леммы, всё это время прикованный к картам, оторвался от узорчатых рубашек и уперся в меня.