Стражевый компас

И вспомнилась оранжерея, вся залитая водой, и как обнимаю Элая за шею, плотно прижавшись к нему.

Прикрыла холодными ладонями пылающие щёки.

Ох, что-то меня не туда несёт. Почему этот мужчина не выходит у меня из головы? Его запах, касания, шёпот?

Ни один образ парня не вставал перед глазами так часто, как сумрачное лицо Баркли с вечно взлохмаченными волосами.

Колдрей Винсент и то не удостоился такого внимания. Винс…почти брат, друг, но не тот мужчина, от которого сносило крышу. У меня.

У него, как оказалось, сносило…

Неужели запала на Баркли?!

Нет, нет, нет!

В книгах про любовь, которые так нравились Тайре, всё не так.

Там с первого взгляда навсегда, до последнего вздоха. И сразу понятно: вы половники единого целого.

Баркли…? Он же ненормальный. Грубый, самодовольный и… В такого влюбиться просто невозможно.

Всю дорогу до оранжереи меня мучили терзания, пока резко не остановилась на пороге, словно врезалась лбом в стеклянную преграду.

Я оказалась в весеннем саду. Именно в весеннем.

Пока ещё мелкие листья на серых ветках выглядели, как маленькие изумруды в серебряном плетении.

Оранжерея ожила, задышала, возрождая свой потерянный мир.

Неужели вчерашний потоп смог сотворить такое чудо?

Через несколько дней здесь будет особенно прекрасно: каждое растение в полную силу разрисует свои цветы любимыми красками, как виртуозный художник, а за окном, наоборот - деревья сбросили золотистые наряды, засыпая глубоким сном. Скоро совсем станет холодно. Пушистый снег заметёт шумные улицы Димерстоуна на целых три месяца.

Захотелось настоящего глотка свежего воздуха. Коснулась ручки арочного окна, и синие всполохи эфира пробежали по поверхности стекла.

«Интересно, печать Ловца светилась сегодня, как вчера?» — возникла в моей голове шальная мысль.

Опять думаю о Баркли.

Старая рама открылась со скрипом. Воздух прохладным потоком ворвался вовнутрь, обдувая лицо.

А что, если… погуляю, совсем чуть-чуть, до своей квартиры? Адрес знаю, не пропаду.

Забралась на подоконник.

Сжала кулаки. Прыжок — и я на свободе. С этим настроем, долго не думая, сиганула со всей силы в окно…

Только с такой же силой отлетела в обратную сторону.

Затылок запекло от боли, цветные пятна, как стекляшки калейдоскопа, замаячили перед глазами. М-да, голова крепкая. Жаль, что моё мягкое место, не такое мягкое.

— Вот гадство! Мерзкий эфир. Больно то, как!

Доковыляла до резной скамейки, которую заприметила в прошлый раз, возле витого дерева.