Спасите меня, Кацураги-сан!

– Ну как прошла планёрка? Всех уделали?

– Прошу, тише, Асакура-сан, – шёпотом попросил я. – Не привлекайте излишнего внимания. Планёрка на то и была закрытой, чтобы о ней никто не узнал.

– Да? – озадачился Асакура. – Упс!

– Что «упс?» – спросил я, забрасывая мелочь в автомат. – Уже успели кому-то разболтать?

– Да не то чтобы… – невинно улыбнулся Асакура. – Уже почти вся клиника знает, что вы утёрли нос Мурате Сатоши.

– Прелестно. Вот как раз этого я и заведующий хотели избежать. Если Эитиро Кагами узнает, что тему закрытой планёрки уже разнесли по всей клинике…

– Не узнает, – махнул рукой Асакура.

– Эитиро-сан чуть ли не самый занятой человек в клинике. Он и тут трудится, не покладая рук, и в научном отделе занимается аналитикой, готовится к разработке нового препарата. Говорят, что он и в производственный корпус катает по несколько раз на дню. Человек с десятью руками – так его у нас кличут.

– А вы, Асакура-сан, человек с десятью языками, как я посмотрю, – пошутил я, доставая из автомата горячий двойной эспрессо.

– Не без этого, – улыбнулся Асакура Джун. – Большинство моих пациентов – инсультники. С ними уже не поболтать, как правило. А я – человек коммуникабельный. Мне общение подавай!

– Вам надо было идти в терапевты, Асакура-сан, – подметил я. – У меня лично после приёма язык зудит.

– Да я бы с радостью, но неврология – это моё наследственное заболевание. Мой отец был неврологом, мой дед был неврологом, и, думаю, мои дети пойдут по стопам своих предков.

И это было вовсе не удивительно.

Учитывая, как дорого стоит обучение в медицинских университетах Японии. В этой стране почти все врачи выходят из семей медиков. У простых смертных шансов поступить обычно крайне мало.

Однако мой предшественник всё же умудрился это сделать, хоть и привёл в конечном счёте свою семью к нищете. Надо будет обязательно отправить родителям часть зарплаты через месяц. С моей новой зарплатой мы быстро сможем закрыть кредит.

– Ау, земля вызывает Кацураги Тендо, – замахал рукой перед моим лицом Асакура Джун.

– О чём задумались, коллега?

– О родителях, – честно признался я. – Думаю о том, что родители – самые важные люди в нашей жизни. И им нужно помогать.

– Э? – удивился Асакура. – А вы, как я посмотрю, из тех людей, кто любит пофилософствовать в перерыве, Кацураги-сан.

За спиной Асакуры прошёл уже до боли знакомый мне фельдшер Нода Такео. Увидев меня, он резко поменял направления и тут же врезался в одну из проходящих мимо медсестёр.