Спасите меня, Кацураги-сан!

– Кишимото-сан, как давно вы пользуетесь стероидами и искусственными протеинами? – прямо спросил я.

– Чего?! – воскликнул Мицузане. – Эта фигура – плод моих трудов. Я не пользовался никакими… Э-э-э… Стероидами.

– Кишимото-сан, сразу хочу вас уведомить. Все разговоры с пациентами не выходят за пределы этого кабинета. А у меня достаточно знаний, чтобы определить – ваши мышцы распределены неравномерно. В частности, это видно по плечевой области.

– А что не так с моими плечами? – развёл руками Мицузане. – Хотите сказать, что у меня ещё и плечи больные?

– Нет, как раз плечи у вас чересчур здоровые во всех смыслах этого слова, – ответил я.

– Будьте, пожалуйста, со мной откровенны. Я прекрасно вижу последствия приёма стероидов и искусственных протеинов. Если вы будете это от меня скрывать, я не смогу назначить вам правильное лечение. А в конечном итоге это приведёт к необратимым изменениям в почках. Вы же не хотите лишиться одного из самых важных органов в столь молодом возрасте?

– Я вообще ни в каком возрасте лишаться почек не хочу! – воскликнул Мицузане.

– Разумное решение, – кивнул я. – Ну так что? Мы будем говорить откровенно или продолжим играть в угадайку?

Кишимото Мицузане замолчал. Его явно не на шутку напрягли мои слова. Он ещё не доверял мне, но уже понял, что рисковать лучше не стоит.

– А вы… Вы ведь не расскажете об этом Рико, Кацураги-сан? – спросил он.

У Огавы, казалось, даже уши увеличились, когда речь зашла о Канамори Рико.

– Нет, Кишимото-сан, – помотал головой я. – Как я и сказал, все разговоры навсегда остаются в этом кабинете.

Я не предаю правило врачебной тайны. Можете не сомневаться.

– Ладно, – вздохнул Мицузане. – Я долгое время принимал какие-то таблетки по совету своего тренера… Мне их выписывали в другой клинике, у знакомого врача.

– Так, – внимательно слушая, Мицузане, кивнул я. – То есть, сейчас вы их уже не пьёте?

– Нет, сейчас я и тренироваться толком не успеваю. На работе завал с квартальным отчётом. Иногда приходится засиживаться до трёх часов ночи.

Кишимото Мицузане резко изменился в лице и, скорчив злобную гримасу, добавил:

– В итоге приходишь посреди ночи – а твоя девушка перекрасила волосы в ядовито-розовый цвет! И так уже всё бесит, так ещё и это!

Речь, разумеется, шла о Канамори Рико.

– Кишимото-сан, боюсь, эта информация не относится к нашей проблеме, – прервал его пылкую речь я. – Давайте вернёмся к основной теме. Искусственные протеины вы до сих употребляете?

– Ну да, – кивнул Мицузане.