Свет Нового Солнца. Том 2

Лайнел всего лишь сделал им предупреждение, но столкнувшись глазами с Персивалем, юноша вдруг вздрогнул. Гнев внутри него моментально исчез, он снова посмотрел на мертвую девушку в своих руках. «Мы с тобой одно» - пронеслось в голове юноши, и, чувствуя, как по щекам вновь потекли слезы, Лайнел взглянул на Персиваля:

- Моя жена мертва. – Произнёс юноша, закрывая глаза. Боль стала ещё невыносимей, слезы вновь закапали с подбородка. – Персиваль, она мертва.

Юноша закрыл глаза, ощущая как сквозь бурю чувств, сквозь завесу дождя и слёз к нему, всего на миг пришло спокойствие.

И в этот момент наставник и обратился к нему:

- И ты хочешь оставить её здесь? Отправить в мир иной без всяких почестей? Дать умереть ей тут Лайнел? – Последние слова наставник прокричал: громко и несдержанно. – Хочешь, чтобы она ожила, и безвольным трупом бродила по этой крепости, пока не сгниет её плоть, дух и сами кости??

- Заткнись! – Лайнел тоже проорал, взмахивая рукой. И тут же древняя магия прошелестела в воздухе, срываясь с его запястья.

Дом, на который она была направленна, разлетелся на куски.

Чувствуя прилив сил, Лайнел вскочил, всё ещё продолжая правой рукой держать невесомую девушку на себе. Он встретился взглядом с наставником и тут… его гнев разом прошел. До него дошёл смысл сказанного. «Позволить Афелии стать одной из живых мертвецов?» - глупо повторил Лайнел про себя. Он никак не мог этого допустить, и снова взглянув на свою погибшую жену, юноша вздрогнул. Слёз больше не было, только тупая ноющая боль в голове.

У юноши появилась причина жить хотя бы до тех пор, пока он не убедится в безопасности тела Афелии.

Не говоря больше ни слова, Лайнел развернулся и двинулся к замку. Обеими руками, как ребёнка, он держал её, стараясь не глядеть Афелии в глаза.

Персиваль и остальные солдаты шли следом за ним. Они не говорили ничего, даже Персиваль замолк.

По пути отряду попадались враги, но Лайнел не позволял себе тратить ни секунды на задержки. Он просто взмахивал рукой, призывая странную магию внутри него, и враги моментально разлетались в стороны с переломанными по всей длине телами.

Бойцы, его и Персиваля, молча шли следом, никак не комментируя происходящее.

Боль в голове достигла апогея, но Лайнел никак не реагировал на неё. Ему было попросту всё равно: ничто больше не имело значения, только отнести тело Афелии в замок, только это волновало его.

У ворот, ведущих в замок, шёл ожесточенный бой.