Свет Нового Солнца. Том 2

А затем юноша увидел и свою руку, сильно похудевшую и ставшую такой тонкой. Он медленно окинул свое тело изучающим взглядом, удивляясь тому, как сильно похудел и истощал. Затем посмотрел на людей поблизости. Здесь было много знакомых лиц, почти не изменившихся: если не считать у людей новых ран, как физических, так и душевных.

- Есть ли опасность прорыва в замок?

- Нет. Замковые стены выше крепостных, их тяжелее будет взять, если только…

- Если только не появится Голиаф, - заключил за Персиваля Лайнел.

- Да.

- Как ты себя чувствуешь, Лайнел?

На этот раз интересовался Тойсон. Юноша повернулся к нему лицом, стараясь улыбнуться более естественно, и снова соврал, что всё хорошо. Вроде на этот раз вышло лучше. Вскоре подошёл Джайрон, который присел рядом. Он, слегка прищурившись, окинул юношу взглядом.

- Ох сорванец, и заставил ты нас поволноваться! - Джайрон улыбнулся и несильно стукнул юношу в плечо.

- Извини. Много людей погибло?

- Да… почти все. – Джайрон сказал это легко, без волнения, - Повезло тем, кто остался в замке.

И тем, кто смог к нему пробиться.

К костру подошёл Ги Иско, и, заметив, что Лайнел пришёл в себя, тут же бросился к нему. Юноше пришлось обнять одногруппника, который больше остальных переживал за него. Да и по сути, Ги Иско оставался единственным, кого Персиваль не допускал к боям. Его лицо по-прежнему было детским, пухлым и румяным. Смотря на это, Лайнел вдруг понял, что и сам был таким же ребенком ещё всего месяц (или два?) назад.

Вокруг юноши становилось всё более и более оживлённо.

Каждый, кто замечал, что Лайнел пришёл в себя, подходил и присоединялся к разговору. Юноша отвечал вежливо, почти одно и то же, стараясь не волновать друзей понапрасну своим душевным состоянием.

Впрочем, в окружении людей, которых он знал, и которые явно были рады его возвращению, Лайнел почувствовал себя легче. Разговоры помогли задуматься о чем-то ещё, кроме смерти Афелии, а радостные лица на какое-то мгновение дарили ощущение, что всё будет хорошо.

В какой-то миг Лайнел понял, что жутко голоден, и сообщил об этом вслух.

- Тогда я забираю его у вас, чтобы накормить, - заключил Персиваль, помогая юноше встать.

Поднявшись на ноги, Лайнел только тогда осознал, насколько ослаб. Он едва передвигался и, без поддержки наставника, вряд ли бы смог сделать хотя бы пару шагов.

Всё изменилось, когда юноша принялся есть. Хотя он и не ощутил вкуса, но еда наполнила тело силами, принесла некоторое облегчение и даже покой.