Академия Хроноса

А значит, нара Пифаро не обманула и у меня есть способности, о существовании которых я и не подозревала.

- Ну как ты? – поинтересовалась Кико, заметив, что я открыла глаза.

- Странно, – честно ответила я. – В голове одновременно столько информации и так ясно, словно она совершенно пустая.

- Ясная голова – это хорошо, – усмехнулась кикимора. – Но ты всё равно из комнаты завтра не выходи.

Я мельком взглянула на окно и с удивлением отметила, что уже наступили вечерние сумерки.

- Да-да, ты проспала полдня, – подтвердила мои мысли подруга.

– Вон на столе ужин. Хотя ты, наверное, знаниями сыта, – язвительно добавила она.

Я медленно встала, боясь головокружения, но за исключением навязчивой мигрени, моё самочувствие было вполне сносным.

- Спасибо, – поблагодарила я ее за заботу, садясь за стол.

- Не за что. Вот объемся хмельных пиявок на праздник болотной нечисти, и тогда ты будешь со мной возиться, – пообещала подруга.

- Договорились, – улыбнулась я в ответ.

Еда опять горчила, но я старалась абстрагироваться от вкуса и глотать через силу, не понаслышке зная, что такое голодные обмороки.

Господин Прожирани никогда намеренно не морил нас голодом, но, случалось, забывал выделить обеспечение для питания своих невольников, и в первые годы нам с мамой доставались остатки от обедов хозяина, которыми уже полакомились другие слуги. В общем, ничего не доставалось. Это позже, когда бухгалтерию начала вести мама, невольникам стало полегче. Мама даже умудрялась сэкономить, чтобы купить тёплую одежду для всех.

Очередной кусочек хлеба застрял в горле от неожиданного стука в окно.

Кико подскочила и принялась колотить меня ладонью по спине, от чего становилось только хуже. Глаза застилали выступившие слёзы, в висках стучали тревожные молоточки, я же уже начала задыхаться, а подруга со всё большим рвением колотила меня по спине.

"Я сейчас так глупо умру, так и не научившись всему, чему бы могла", – подумала я в панике, и избиение моей спины прекратилось.

Только откашлявшись и вдохнув полной грудью, я поняла, что остановилась не только Кико, замерло всё вокруг! Взглянула в окно и увидела перепуганную, веснушчатую мордашку рыжего Саламандрика, как называла его кикимора.

В действительности парня звали Салимо, в честь славного предка, совершившего много подвигов, о чём поведал мне сам Саламандрик за завтраком. От неожиданного удара по спине я упала грудью на стол, прямо на тарелку с ужином.

- Ой, прости! – воскликнула Кико.