Здесь драконы не пролетали?

Кстати, здесь драконы не пролетали?

Бабушка выразительно вздохнула и посмотрела на внука.

– И ты уступишь ее драконам?

– Я помогу ей найти жениха. Настоящего жениха. А не того, кого вы с моей матушкой приготовили для нашей гостьи.

– Глупец, – бабушка обиженно поджала губы.

– Я…

– Ступай Эли, развлекайся с Дарлиной, – старуха повелительно махнула рукой. После такого жеста и я стушевалась бы. Чувствовалась в ней сила, способная заткнуть любого. – Она уже раз пять присылала слугу справиться, не появился ли ты.

– Я не подведу ее ожиданий, бабушка, – он вежливо поклонился и отступил за мою спину. Я неожиданно почувствовала его руку на своем плече. Дыхание «эльфа» обожгло шею. – Только попробуй называть меня Эли. Убью, – шепот Эливентора вызвал озноб.

Эльфийка дождалась, когда откроются обе створки двери. Я замешкалась у порога, но грозный глас «Я жду!» заставил шагнуть в чужую комнату.

Эливентор резко развернулся и скрылся в покоях напротив.

Отчего я чувствую себя виноватой?

Глава 7. Муфы, миффи, псы и шлюхи

– Позови Бизи и Гонзу, – бабушка Эливентора отослала слугу, стоявшего за спинкой кресла.

– Здесь я без помощника справлюсь, – это уже предназначалось мне. – Ну, рассказывай.

– Госпожа… – как специально, никто из слуг не называл ее по имени.

– Называй меня миффи Дельфия, – подсказала старушка. Сейчас, когда она стащила с головы чепец, я увидела, что Дельфия действительно принадлежит к эльфийскому народу. Характерная форма ушей, белые, словно лунный свет, волосы заплетены в две косы.

Освободившись от оков кружева, косы свободно упали на грудь. – Ненавижу черный, но как вдова вынуждена его носить до конца своих дней.

– Примите соболезнования…

– Не жалей. Мой муж был холодным и жестоким гордецом. Рядом с ним нам с сыном было неуютно. Счастье, что мой мальчик нравом пошел в мою родню. Он и Эли воспитал в традициях рода Генейдель.

– Эливентор тоже собирает найденышей?

– Да, ты не первая. Как–то ему выпало наткнуться на целую семью. Четверо братьев и сестер прятались в подвале разоренного дома.

Старшему семь, младшему и месяца нет. Представляешь?

Я представила. Эливентор устраивает троих малышей на лошади, а сам идет рядом и держит орущего младенца на руках.

– А куда делись их родители?

– Кто знает? Дети объяснить не смогли. Их закрыли и сказали сидеть тихо.

– А Эли о себе что–нибудь помнит?

– Нет, тут как отрезало, хотя его нашли большеньким. По человеческим меркам годов десять уже было.

Меня передернуло.