Власть огня

– Слышать не хочу об этом предателе!

– Вот как? Мне казалось, вы нравитесь друг другу.

– Не было такого! – возмутилась Айяна. Наивно полагала, что никто не замечал, какими взглядами они обменивались с Матином. – Он спрашивал обо мне? Что сказал?

Галим снисходительно улыбнулся, видимо, нечто подобное ожидал услышать. Выдержал небольшую паузу и продолжил:

– Встретились мы, значит, с Матином на въезде в город. Пока ждали, как откроют ворота, пока стражники расспросили нас, поговорили с ним немного, по-соседски. Я же его вот таким мальчонкой помню.

Отчим опустил руку, показав примерный рост ребенка.

– Отец!

Смеется он над ней или нарочно тянет? Она и так места себе не находила от нетерпения. О пустякам Галим не стал бы говорить наедине.

– Не спеши! Тебе же неинтересно слушать про него, так что не перебивай.

Айяна отодвинулась, уперла локти в колени и насупилась. Ей, конечно, не было дела до их разговора. Она все решила, так что никакие слова не изменят этого. Даже если Матин свататься придет, она на него не посмотрит и слушать его не станет.

Хватит с нее любовных страданий.

Отчим меж тем продолжал говорить, но Айя, задумавшись, пропустила все мимо ушей. Переспрашивать не стала. Только услышав последнюю фразу Галима, не смогла сдержать удаленного возгласа:

– Ухаживать? За кем? Зачем ему твое разрешение? Пусть у мельника спрашивает!

– Если бы дочь была мельникова, то у него бы и просил. Ты-то моя. Так что думай, выбирай свою судьбу. Не каждому такая возможность дается, но и винить, если что не сложится, тоже некого будет.

Я неволить не стану. Хочешь учиться, пройдешь испытания? Помогу. Деньги у нас с Ванорой есть. Не на приданое, так на учебу пойдут. Решишь к Матину присмотреться, с ним свяжешь свою жизнь? Поддержу. Он парень хороший, работящий. Робкий, конечно, но тебе такого и надо. Иначе что за жизнь будет, если жена с мужем ни в одном слове не уступят друг другу?

По словам Галима, между семьями пекаря и мельника из соседнего города еще ничего не было решено. Родители Матина считали этот союз достаточно выгодным, настаивали на помолвке, но не принуждали единственного сына.

Тот пока сопротивлялся, едва ли не впервые пошел против воли старших.

Айя восхитилась его поступком, хотя в глубине души понимала, что долго так продолжаться не сможет. Либо мать с отцом убедят его, либо он разочаруется в своем выборе. Строптивая дочь трактирщика явно пришлась не ко двору будущим родственникам. Не век же метаться Матину между ней и родителями.