Власть огня

Сжечь его казалось лучшим, что можно было сделать. Огонь мгновенно охватил одежду, стоило только подумать о нем. Айяна осталась довольна результатом. Теперь следовало объясниться со своим пострадавшим спутником.

Снова накатила слабость. Айяна двигалась осторожно. Медленно подошла к мужчине. Чувствовала, что упустила нечто важное и никак не могла понять, что. Мысли путались. Тревога, от которой, казалось, не осталось и следа, охватила ее с новой силой. Айяна несколько мгновений вглядывалась в его лицо. Провела рукой по гладковыбритой щеке, подбородку, ключице.

Отвернула ворот рубашки и снова посмотрела на Квилла.

– Айя, – улыбнулся он, – если ты не остановишься прямо сейчас, то я за себя не ручаюсь.

Он перехватил ее на руку, поцеловал запястье там, где билась тоненькая жилка. В его глазах Айяна видела страсть, перед которой трудно было устоять. Хотелось окунуться в нее, отбросив все страхи, снова чувствовать ласковые поцелуи и прикосновения, крепкие объятия любимого.

Стоило только потянуться к мужчине, как в памяти вспыхнули недавние образы – огонь на кончиках ее пальцев, пламя, что перекинулось на Квилла и чуть было не погубило его.

Ее словно в холодную воду окунули – так резко менялись эмоции, пугая еще сильнее.

Айя отступила и снова окинула внимательным взглядом своего спутника. Если не считать нескольких темных пятен на коже, опаленных волос, ничто не напоминало о случившемся.

– Где шрамы? – спросила, рассматривая его руку. Искала и не находила никаких следов.

– Куда делись ожоги? Я видела их на твоем лице. Ты не мог излечиться так быстро.

Квилл отвернулся. Хмурился, молчал, будто подбирал слова и не находил подходящие. Наконец, словно решив что-то для себя, он ответил:

– Это сложно понять, но, прежде чем делать выводы, выслушай меня. Не все так просто в мире. Одни довольствуются малым, сила других велика, и колдовство дается им легко. Последние при должном обучении способны не только разрушать, но и созидать или лечить.

Айя слушала его рассказ с нескрываемым интересом.

Не задавала вопросов, боясь спугнуть этот момент доверия. Слишком редко Квилл говорил о себе.

– Всему тому, что я умею, я обязан не только родителям, хотя свой дар унаследовал от них. Мой наставник помог мне укротить магию, обучил пользоваться ею во благо.

Картина медленно вырисовывалась перед Айей. Она вспоминала какие-то мелочи, на которые раньше не обращала внимания, случайно сказанные слова, и собирала их воедино.