Инквизитор ведьме — не жених!

Не знаю почему, я не хотела разъединяться даже на секунду. Всё внутри вопило: «Не вздумай этого сделать!». А потом произошло то, во что я даже не сразу смогла поверить. Все перстни разом щёлкнули и, развалившись на куски, упали в траву.

Встревоженная, я оторвалась от горячих губ мужчины и взглянула на свои руки. Они были девственно чисты. Только по пальцам скользнули тонкие ниточки тьмы. Спазм тошноты подкатил к горлу, и я уткнулась в плечо Илиана, понимая, что теряю сознание.

— Помоги, — еле-еле шепнули губы, но он услышал и начал легонько трясти меня, чтобы привести в чувство.

Но тело не слушалось. Веки не поднимались. И даже сквозь них больше не видно было разноцветного свечения. Меня поглотила темнота.

Глава 12. Разговор

Илиан

Большой мрачный зал тонул в тенях, только языки пламени магических факелов, которые никогда не выключались, освещали центр зала. Ланс сидел в кресле возле высокого изящного круглого столика на одной ножке и пил из бокала. Я же бросался на кожистых массивных соперников.

Болванки шагали по залу смотря ненастоящими глазами сквозь меня и послушно нападали на хозяина.

— Ну сколько ещё ты будешь срывать злость на ни в чём не повинных мешках?

— Сколько надо, — я огрызнулся, с удовольствием заряжая кулаком в глаз одного из нападавших.

— То есть мы здесь до утра. Понятно. Там уже твоя невесточка очнулась, должно быть? Ни в жизнь не поверю, что тебе не доставило удовольствие осматривать её повторно. А если она будет каждые выходные выбираться в город, то я тебе, друг, даже завидую.

Удар. Ещё один.

— Ещё одна фраза и кулак будет на твоём лице, — я утёр пот со лба и привалился к «партнёру».

— О! Да это серьёзно, друг, — отсалютовал напитком блондин посмеиваясь.

В зале повисло неловкое молчание. Болванки застыли изваяниями. Даже магический огонь будто стеснялся лизать стены и покорно притих.

— Я не знаю, что делать с этой ведьмой. Она рушит мои планы — барьер за барьером. Надо было оставить её в темнице и назначить делопроизводство на пару лет.

— М-м, уже пошли фантазии? Поделись, — блондин рассмеялся. — А я говорил тебе: ведьмы — отличные любовницы.

— Я не о том! — Хотя фантазия тут же подбросила занимательную картину — провинившуюся ведьму в цепях, прикованную к стене в его темнице, почему-то абсолютно нагую. Брошь в её волосах печатью указывала, где должна быть женщина — в его ногах.

— Не притворяйся. Любой нормальный мужчина не отказался бы от ночи с ведьмой.