Инквизитор ведьме — не жених!

— И обещаю исполнять обязанности личной горничной, — мрачно проговорила я, пытаясь испепелить взглядом на месте этого… этого… Уф, как я зла!

— Твои слова приняты, — спокойно произнёс он и змейка, покорная воле хозяина, туго обвила мою правую кисть и улеглась чёрной татуировкой на белой коже. По её шкурке ползли серебряные узоры, которые тот тут, то там рассыпались искрами и исчезали. Вскоре тёмная шкурка тоже начала бледнеть. Змея и заглотила свой хвост и перестала извиваться, затихнув на руке.

Я сглотнула, переводя ошарашенный взгляд на инквизитора.

— Твой символ будет скрыт и виден только по твоей и моей воле. Если захочешь, чтобы она исчезла, то змея исчезнет. Если будет грозить опасность - вызови и предъяви обидчику — он будет наказан, — будничным тоном произнёс мужчина.

А-а-а, так вот как это работает?!

Он разжал пальцы и высвободил руку. Я застыла, не зная, что теперь делать. Сглотнув, я поборола волнение. Всё-таки не девочка уже. Хотя у меня были подозрения, что всё-таки молодое тело Вэллитай как-то влияло на мои поступки, но так как я ещё в этом не разобралась, то не могла быть уверенной до конца.

В общем, почему-то я чувствовала себя сейчас неуютно. Будто и правда молоденькой девчонкой, принёсшей обеты любви в уединённом месте с парнем, который не нравился её маме. Боже, о чём я думаю? Не выдержав я от души хлопнула себя по лбу и покачала головой.

Всё это время меня буравил взгляд, который будто высасывал душу.

Я вскинула голову опомнившись и натолкнулась на расплавленное серебро в радужке глаз Илиана. Заворожённая я замерла. Что он подумал, когда увидел, как я недовольно качаю головой, сразу после ритуала?

Он ничего не сказал. Только гипнотизировал меня всполохами магии в своих глазах, а я пыталась медленно, но решительно не переставая дышать. Нет, никаких чар больше, Илиан. Никаких соплей и вздыхания на скамейке под луной? Никаких возгласов “Какой красавчик, я хочу от него сына?” Нет-нет-нет, всё это было в прошлой жизни.

Я не хочу к ней возвращаться. Я закусила губу и нервно перевела дух.

Казалось, он читает мои мысли. Опустив взгляд на мои губы, серебряная дымка как будто начала уплотняться и разгораться с новой силой. А я вдруг вспомнила, что всё так и стою в полупрозрачной ночнушке. Серебряное платье больше подходящее для такой ситуации сиротливо лежало там, где и было оставлено - на кресле.