Шарусси

Могла ли я подумать, что когда-нибудь прибуду сюда? Собственные размышления вызвали усмешку — я всё ещё не разучилась удивляться, это обнадёживало.

— Что ж, пойдём справимся о подворье, — я ласково потрепала уставшую кобылу и шагнула под свод центральной арки.

Обычно у самых стен прохожих мало, люди до сумерек предпочитали кучковаться в гуще событий у рыночных площадей да в шинках. В других городах эти стратегически важные постройки располагались в непосредственной близости друг к другу, так сказать, удобства ради и наживы для.

Я с удовольствием прошлась по мощённым чистым улочкам, полюбовалась трёхэтажными кирпичными домами, окна которых украшали длинные навесные кадки с яркими цветами. Если реечные ставни были отворены, то наружу с порывами ветра выскальзывали тонкие занавеси, от этого улица сразу превращалась в уютный домашний дворик. На подоконниках часто дремали жирные котейки, разморённые солнышком, на открытых кованых балконах сушилось бельё.

В самую возвышенную минуту восхищения Гука решила, что романтики с нас на сегодня достаточно, задрала хвост и с блаженным выражением на морде облегчилась. По улице, гонимый слабым ветерком, поплыл узнаваемый запашок. Кэпит за одно мгновение обрёл много общего с моей родной эрией.

— Ну, ты и… — печально вздохнула я. — Не могла пораньше? Только в стены вошли!

Пока я пыталась понять, куда припрятать удобрение, меня окликнули.

— За углом бочка и совок, — подсказал приятный мужской голос.

— Да, спасибо, — я собралась сделать шаг к обозначенным предметам и напряжённо замерла.

Знакомое ощущение в груди от узнавания не-совсем-человека заставило пропустить вдох.

— Ты действительно совсем молодая Хранительница, — по-доброму ухмыльнулся незнакомец, подходя ближе. — Я почувствовал тебя ещё на подходе к городу.

Значит, сразу на «ты»? И сколько ему, интересно, лет?

— Я ещё не всегда могу понять, чего хочет Шарусси, — не чувствуя за собой никакой вины, я всё-таки направилась к бочке с навозом, искоса следя за мужчиной.

Местный хранитель выглядел опрятно и привлекательно, явно не пренебрегал физическими упражнениями и следил за питанием. Мягкие светлые волосы он зачёсывал на левый пробор, нос имел прямой, без следов переломов, над квадратным подбородком улыбались пухлые губы.