Шарусси

И муж не пытался тебя остановить?

Я пожала плечами.

— Мы оба были слишком потрясены произошедшим. Я собрала вещи, взяла лошадь и уехала. Он не вышел проводить.

Вот и всё.

Да, десять лет. Но не Шарусси перечеркнула наши отношения. Это случилось гораздо раньше, когда-то давно, постепенно, год за годом, ссора за ссорой. Мы жили вместе ради удобства, из привычки, каждый день оставаясь вместе вопреки куче препятствий. Я не утешала себя, мол, все так живут и мы проживём; я сознательно оставалась рядом с ним, потому что мы дружили, потому что с ним я оставалась собой, а он не требовал большего.

Так бы мы дальше и жили, через пару лет взяли бы в дом сироту, купили бы ещё одну корову. А любовь? Любви, конечно, хотелось. Что в двадцать, что в тридцать, её хочется одинаково, только запросов уже больше. Требования и условия рождаются из опыта. И таковые есть даже у обычной эричанки.

Мои грустные воспоминания прервал стук в дверь, в комнату вошёл мужчина.

— Хранитель, можно? — осторожно спросил он, не удаляясь от прохода, чтобы в случае отказа выскользнуть наружу.

— Раз уж пришёл… — Тэср оставил приборы и выжидательно посмотрел на визитёра.

Мужчина длинными шагами пересёк комнату, склонился над самым ухом Хранителя и зашептал. На лице Тэсра проступило изумление, смешанное с любопытством. Он сосредоточенно слушал, не проронив ни одного комментария. Я не стала использовать Шарусси для унизительного подслушивания и меланхолично предавалась поглощению вина, уже ощутимо ударившего в голову.

Я всегда чётко отслеживала состояние, после которого надлежало прекратить употребление алкоголя.

Поэтому, уловив нарастающую лёгкость от опьянения, немедленно отодвинула полупустой бокал и приступила к десерту. Воздушная пенная конструкция из взбитых белков со сливками оказалась так себе на вкус. После вяжущего вина у меня было ощущение, что я проглотила разведённый мел.

— Прошу прощения, — обворожительно улыбнулся Тэср.

— Ничего, работа есть работа. Тебе нужно идти?

— Нет, — немного поколебавшись, ответил он, — это подождёт.

Трапеза в обществе красивой женщины важнее. — Любезностями он сыпал мастерски, но я не купилась. —Поделись, как тебе Пругор?

— Приятный Кэпит. Я училась в Рубдоке, но он меньше и постройки в нём не выше двух этажей и, надо признать, не такой чистый.

— Так это твое первое путешествие. Почему же ты направилась сюда? Только не говори, что едешь в Лэнтос, — хохотнул он, явно не веря, что кто-то в здравом уме согласится ехать туда добровольно.