Шарусси

— Здрасьте, — кивнула я, отбросив сомнения. — Вам услуги ведьмы не требуются?

— А вы ведьма? — Щель заинтригованно увеличилась, и я увидела девушку в полный рост.

— Да, так и есть.

Длинная шея Литаки извернулась, девушка бросила взгляд на дорогу у дома, как заправский сторож, проверяющий слежку, и посторонилась.

— Заходите. Маги, знаете, приезжают, да всё мужчины. А у меня чисто женский вопрос. Давайте в горницу? — спохватилась она. — Что это мы в сенях.

Я прошла в маленькую, чистенькую комнату с небольшим уклоном на бок, как и вся завалившаяся постройка.

Села на предложенную лавку. Обстановка громко сообщала о сугубо женской руке, участвующей в оформлении жилья: кружевные салфетки, плетёные коврики, расписанная посуда, букеты полевых трав и снова кружевные салфетки. Очень много салфеток. И всё такое розово-зелёненькое, ажурное. Кукольный домик выросшей девочки. Я попыталась представить, как Роэн спал на лавке под лоскутным одеялом и на вышитой подушечке, и не смогла.

— Чаю хотите? — замялась Литака, неловко переступая с ноги на ногу, как если бы она была моей гостьей.

— У меня и пирог с мясом готов, будете?

Припомнив оставленные котлеты, я с сожалением отказалась от еды. Стройнее буду.

— Воды, если не сложно.

— Сейчас, погодите.

Девушка откинула прозрачный тюль и юркнула за перегородку. Там она сняла металлическую с ведра крышку, черпаком набрала воду и с мягким звоном перелила её в чашку. Каждый звук возвращал меня домой. В утро, когда я, шатаясь ото сна, иду на крохотную кухню, чтобы напиться прямо из ковшика.

Доски под ногами утром прохладные, и я прижимаю одну из стоп к голени, чтобы согреться. А Нерт порой назло мне мог окунуть голову в ведро и после, отряхиваясь, как собака, долго взбудоражено приговаривал: «Брр, хор-р-ошо!» и весь вытягивался, расправлялся. Я страшно ругалась за мокрый пол, за испорченную воду, за мой обесцененный труд.

Интересно, как он там?

— Так какое задание? — Я поставила пустую чашку на стол и приготовилась к обстоятельному разговору.

Отсутствие признанного статуса превращало меня в кого угодно, по желанию нанимателя, и даровало неопытной Хранительнице смелость. Я с внутренней усмешкой наблюдала, как выдуманная личина ведьмы позволяла мне быть самой собой. Не то, чтобы я раньше не замечала такого явления, прожитая жизнь многому меня научила. Но не думала, что когда-то поймаю себя на подмене личности из-за страха ошибиться под своим именем.

Девушка присела рядом, зажав руки меж коленей.