Шарусси

— Обоснуйте хотя бы, — вскинулся маг. Он только что прикончил свою часть курицы, как обычно, дольше моего растягивая приём пищи, и старательно вытирал пальцы припасённой салфеткой.

— Я так чувствую.

— Весомо, — без тени улыбки ответил он. — Мы потеряем половину дня.

Я безразлично качнула подбородком. Сроки меня не волновали, они его забота. А вот настырное зудение Шарусси — моя. Я пытливо осмотрела гладь неторопливо текущей реки, не предвещавшей ничего дурного, и закусила губу. Сейчас всё хорошо, но только сейчас.

— Здесь нет никакой опасности, — на всякий случай подсказал маг. — Тут не водится даже захудалой нечисти.

— Знаю. Но дело не в этом. Что-то произойдёт позднее. Я не знаю, что, не спрашивайте.

— Насильно я вас всё равно не потащу. А раз так, — Роэн выдернул рубаху из штанов и скрещёнными руками потянул её за подол, разоблачаясь. — Воспользуюсь привалом и ополоснусь.

Я без стеснений уставилась на подтянутый мужской торс, спускаясь от шеи к волосяной дорожке. С вызовом наблюдая за моей реакцией, Роэн скинул сапоги, расстегнул ремень и избавился от штанов.

— А вы бессовестная, — вынес вердикт мужчина, впрочем, тоже не особо церемонящийся со своим телом.

— Вы и не представляете, насколько, — лукаво прищурив глаза, я облизнулась.

— Предпочитаю не знать эту сторону вашей личности.

— Я бы тоже не хотела быть с ней знакома, — согласилась я и отвернулась.

Я попыталась обнаружить в глубине души стыд, сожаление или что-то такое, что обычно испытывают женщины, взглянувшие после разрыва на другого мужчину, но не обнаружила и толики низких чувств.

Десятилетние отношения закончились в один день, а забыла я о них уже спустя полтора месяца. И единственное, что я чувствовала — это обыкновенное желание. Невероятная уверенность в правильности чувств стирала границы, подобно Шарусси. Быть может, Шарусси их и стёрла.

До наступления темноты маг и я занимались чем угодно, лишь бы не вступать в диалог друг с другом. Мыли лошадей, чистили амуницию, готовили место для сна и дрова для завтрака, маг затеял физическую тренировку, а я вдоволь наплавалась.

Тревожное ожидание пульсировало в висках, я часто оглядывалась, боясь снова оказаться застигнутой врасплох, хоть и понимала беспочвенность беспокойства. Сейчас, в отличие от гуляния по эрии, я была предельно сосредоточена на возложенной на меня миссии.

Пришедшие навстречу хранителю животные изучающе наблюдали за деятельностью людей.