Секретное счастье

– Так вы уже живете под одной крышей?

– Папа, мы взрослые люди. И свадьбы у нас не будет. Сходим в ратушу и распишемся.

Граф сдвинул брови, неодобрительно покачал головой, хотел что-то сказать, но только тяжело вздохнул и махнул рукой:

– Ладно, тебе тридцать лет, поздно мораль читать. Так ты что, мужу даже кофе не варишь? Хоть служанка-то у тебя хорошая? А то при таком раскладе снова одна останешься. Потерпит тебя муж с месяц-другой, да и выгонит. Он, судя по фото, мужчина строгий.

– Не выгонит, папа! – улыбнулась Милена.

– Всё у нас хорошо. А про белоручку я ведь пошутила. И служанки у меня никакой нет. Это я кофе варю плохо, а кашу – хорошо. И котлеты отлично жарю. Супы готовлю такие, что твою кухарку могу научить. И полы сама мою, и даже белье стираю.

– Да ты что! – разволновался граф. – Как так? Зачем? Это лишнее! Денег-то хватает?

– Хватает, не переживай. Мне домашние хлопоты только в радость.

– Нет, ты, родная, руки не порти, горничную найми или хотя бы машину стиральную купи – не старые же времена! У нас теперь даже в замке машина.

Граф отпил кофе из перламутровой чашечки, помолчал, а потом сказал уже другим, печальным, не сварливым тоном:

– Очень я за тебя переживаю, дочь. Очень. Меня уже, поверь, и соседские шепотки не тревожат. Хочется, чтоб жила ты семьей, детей родила, не порхала, как синие мотыльки. Вот выходишь ты снова замуж – а душа у меня неспокойна. Твой ли этой человек?

– Мой, – серьезно сказала Милена – словно веселость с губ смахнула. – Я хочу с ним жизнь прожить.

– Живи, что же… Только, кажется, разные вы слишком. Дай-то небо, чтобы я ошибался. Привезла бы хоть с отцом-то познакомить.

– Обязательно приедем! Как только будет посвободнее – сразу!

Милена выскользнула из кресла – зашуршал фиолетовый шелк платья. Шагнула к отцу, склонилась, обняла, прижалась лицом к его щеке.

– Не волнуйся за меня, – прошептала она. – Я другая стала, совсем другая. У меня столько в жизни случилось, что от той Милены, что была в юности, ничего не осталось.

Люди иногда так меняются, что поверить трудно. В любом возрасте судьбу можно перекроить, все карты перетасовать, открыть в жизни новую страницу. И в мои тридцать лет, и в твои шестьдесят. Ты просто поверь!

– Нет, я-то – всё, мне-то поздно, – растроганно проговорил граф. – А ты береги себя, дочка. Будь счастлива.

***

Устроившись за одним из круглых столиков большого Белого зала, Элли глотала колючий лимонад и давилась приторным заварным пирожным.