Секретное счастье

Генриор с молодых лет научился вести себя ровно и холодно, как и полагается дворецкому, которому доверяют (а точнее, перекладывают на него) самые сложные дела. Он никогда не жаловался, работал на совесть и от подчиненных требовал того же, поэтому слуги его недолюбливали и даже боялись.

Никто в замке, даже сам граф, не знал Генриора иным, а ведь когда-то, десятилетия назад, в другой жизни, тот был веселым, решительным, дерзким, красивым парнем. В юности мечтал стать моряком или летчиком, но родители рано умерли, и Генриор отказался от романтики, выбрав обычную профессию счетовода.

Все шло гладко: неплохая работа, прелестная жена, маленький сын… Но когда случилось землетрясение в приморском городке и семья погибла, Генриор в одночасье изменился. Высокий зеленоглазый красавец превратился в сухощавого, молчаливого, угрюмого человека, который совершенно не понимал, зачем ему жить. И если бы однажды в заваленную бумагами контору, где корпел над цифрами разом поседевший, похудевший Генриор, не явился по какому-то делу граф Мишель, кто знает, жизнь бы он выбрал или смерть.

Граф (тогда еще молодой, бодрый, но замотанный) решал с начальником конторы деловые вопросы, а Генриор уныло щелкал счетами и не прислушивался к чужой беседе. Но когда граф восторженно воскликнул: «Как у вас всё логично, чётко, цифра к цифре – и всё как на ладони!», начальник с гордостью заявил: «У нас хороший счетовод – господин Ларос» – и представил Генриора графу. «Вот бы мне такого человека в мою Розетту… – мечтательно пробормотал граф и оживился: – Послушайте, господин Ларос, а не хотите ли вести счета моего замка? Это достойная подработка, я хорошо заплачу.

Но скажу сразу, хлопот много. Прежний управляющий оставил после себя полный беспорядок в бумагах». «Если начальник не будет возражать, могу попробовать…» – равнодушно пожал плечами Генриор. Он заваливал себя работой, чтобы забыться.

Так Генриор впервые переступил порог Розетты, потом приехал еще раз и еще – и, наконец, остался в замке, взяв на себя обязанности управляющего, дворецкого, экономиста, водителя, компаньона и Бог знает, кого еще.

Жить одному было невмоготу, о другой жене он и помыслить не мог. А здесь – хоть чужая, да семья.

Милена тогда была крошечной девочкой. Генриор по доброй воле стал помогать няньке – тихонько щелкал счетами возле колыбели, присматривая за тем, как спит беспокойная малышка. Так и ожил немного. Всех детей помогал растить, кроме первого мальчика – Андреаса.