Спустя пять лет

Потом, повертев в воздухе полупустой чашечкой, король продолжил атаку с другого фланга:

– А вы знаете, – задумчиво проговорил он, – я часто думал, как бы оно дальше сложилось, если бы вы тогда вышли замуж не за меня.

У королевы в своё время был довольно тяжёлый выбор из десятка кандидатов в консорты, и выбирала она скорее методом исключения.

– Представляете, – принялся живописать король, – вы вышли бы, скажем, за вашего троюродного… – Кая скривилась. – За Се-Крера! – тут же поправился он, чем вызвал у неё лёгкий смешок.

– Но ведь когда-нибудь, – он снова задумчиво повертел чашку, – когда-нибудь какой-нибудь случай открыл бы мне, какая ты на самом деле, – он имел в виду что до брака видел лишь её «парадную» сторону и совершенно не представлял себе, что она за человек. – Я бы не мог не влюбиться в тебя, Кая, – спокойно отметил он, ловя её взгляд. – А ты была бы уже замужем – возможно, весьма несчастна, – но я мог бы только смотреть на тебя со стороны, не имея права даже приближаться к тебе.

Она опустила глаза.

Слушать столь пылкие признания в любви спустя четверть века в браке было, безусловно, весьма приятно, но картинка, которую он сейчас рисовал, и впрямь казалась ей трагичной.

Он встал и медленно прошёлся по гостиной.

– Я бы любил тебя всю свою жизнь, – задумчиво поведал он. – Зная, что никогда даже к руке твоей не прикоснусь. Не смея произнести твоего имени вслух. Не смея лишний раз приблизиться к тебе. Любил бы тебя всем сердцем, понимаешь? – попытался он поймать её взгляд, но она отворачивалась, потому что от его тихого проникновенного голоса и от слов, которые он говорил, ей хотелось плакать.

– Знал бы, что никогда ничего не будет, но всё равно любил.

– Замолчи! – наконец, не выдержав, дрожащим голосом попросила она. – Зачем ты такие страшные вещи говоришь?..

Он сел на своё место, опёрся локтями на колени, подался к ней и завершил добивающим ударом:

– Затем, что ты хочешь, чтобы эти страшные вещи случились с нашей дочерью.

Она протестующе вскрикнула, чуть не выронив свою чашку.

– Рэн! – с укором воззвала к его совести она.

– Ты сама слышала, – спокойно пожал он плечами, – она будет любить его, даже если они будут видеться всего раз в год.

– Юношеские глупости! – раздражённо фыркнула Кая. – Вы же сами говорили…

Лицо его сделалось насмешливым, и он перебил:

– Я, в самом деле, говорил, что за пять лет они друг друга забудут. Вы предлагаете повысить срок до десяти и посмотреть, что будет тогда? – язвительно переспросил он.