Спустя пять лет

Она отчаянно давила эту улыбку – ей казалось, что ситуация требует от неё предельной серьёзности, – но та всё же выразила себя в её голосе, когда она перешла на домашний тон:

– Рэн… – она беспомощно взглянула в глаза мужу. – Но она кричит, что выйдет замуж только за него!.. или сбежит!..

– Лея? – удивился тот, смаргивая и пытаясь прикинуть, как велики шансы на то, что дочурка исполнит свою угрозу.

Пришёл к выводу, что Лея может, но говорить об этом жене не стоит, потому что это только спровоцирует её на усиление давления на дочь.

– Ей всего пятнадцать, – вместо того мягко заговорил он. – Какие девчонки в её возрасте не испытывают глупых влюблённостей?

Королева открыла было рот, чтобы заявить, что уж она, совершенно точно, ничего подобного не испытывала и не вытворяла, но муж с тёплым смешком перебил её, припомнив её собственную юношескую любовь:

– Да-да, свой шанс целоваться с Се-Крером по тёмным углам дворца ты уже бездарно упустила, милая, так что не завидуй!

– Ты снова делаешь это! – возмущённо обличила его Кая, пытаясь вырвать свои руки.

– Что именно? – с невинным видом переспросил он, руки отпуская.

Бросив на супруга недовольный взгляд, она пояснила:

– Свои дипломатические игры!.. – и снова принялась нервно расхаживать по гостиной, от украшенного резьбой камина – до забитого бумагами и письмами секретера, а потом обратно.

Король-консорт лишь покаянно развёл руками: мол, ну куда тут без дипломатических игр?

– Я его уволю, конечно, – бормотала, меж тем, королева.

Сегодняшняя истерика дочери произвела на неё впечатление.

Понаблюдав за её мельтешением, король-консорт с досадой воскликнул:

– Да не суетитесь вы так! Давайте сперва разберёмся в ситуации!

Королева хотела было возразить, что тут разбираться не в чем, поскольку ситуация и так предельно прозрачна, но король уже начал действовать: вызвал лакеев, отослал одного из них за документами по проштрафившемуся библиотекарю, другого – за чаем для королевы, третьего – искать самого библиотекаря, дабы забрать у него ключ от библиотеки и велеть ожидать в приёмной.

Как ни странно, череда лаконичных спокойных приказов, которые раздавал муж, королеву успокоила. Присев в любимое кресло с парчовой обивкой, она подумала, что, в самом деле, сейчас они во всём хорошенько разберутся и решат все проблемы.