Лу за гранью свободы

— Стоять, ни с места! Луиза Эльтон, остановитесь! — гулко прокатывается по коридору.

Ага, сейчас. И сесть в тюрьму на всю оставшуюся жизнь. Смешно.

И Лу шагает следом за капитаном.

Нога не находит опоры, она проваливается в пустоту.

***

Лететь было недолго и падать не так уж и больно. Под ней была мягкая трава и, кажется, песчаная почва. Лу поднялась и поглядела вокруг.

Первое, что ее поразило почти до слез — невероятной синевы небо. Никогда она не видела подобного. В городе небо чаще серое, нередко идёт дождь.

Да ещё автострады, дома, бесконечные транспортные потоки. Чтобы увидеть открытое небо, нужно выезжать в пустыню или забираться на крышу высоток, а Лу на такие подвиги была не способна.

А потом она увидела… Боже, этого просто не может быть! Это противоречит всем законам физики!

— Что это, облако такое? — хрипло спросила она у Байда, что с блаженной улыбкой ощупывал землю под собой.

— А? Ты дура или слепая? Это остров!

— В небе?

— Да. Это наш мир: Эгландия, мир летающих островов.

— Невозможно. Это просто невозможно! Я в психушке, да? Это бред? — Лу вскочила на ноги, озираясь. — Так не бывает, так не должно быть!

Тяжелая оплеуха погасила ее истерику. Лу упала, схватившись за щеку. Ее никогда не били, это было немыслимо в ее мире. Запрещено законом. Бабушка ни разу не подняла на неё руку, а потом и вовсе невозможно было представить, чтобы кто-то мог ударить человека. Девушку. Мужчины, бывало, дрались. Но чтобы ударить того, кто не ждёт, того, кто заведомо слабее…

А Байда ничего не смущало.

Более того, он присел рядом с упавшей девушкой и снял у неё пистолет с бедра. А потом ещё попытался расстегнуть ремень брюк.

Пришлось Лу выныривать из глубин охреневания и саможаления.

— Руки убери! — зашипела она, дёрнувшись и отползая прочь.

— Какие мы нежные! — хмыкнул капитан. — Пряжка железная? Отдай ремень.

— Ничего не отдам.

— Ладно. Ты пока такая строптивая. Посмотрим, как дальше.

И тут до Лу начало доходить, что она совершенно зря доверяла этому человеку. Это в ее мире нельзя было даже представить насилие и грабеж. А здесь, видимо, никаких рамок не было. И это осознание ошеломило ее даже больше, чем наличие летающего острова.

Говорят, зверей, рождённых в зоопарке, нельзя выпускать на волю, для них это смерть. Они не умеют добывать пищу, доверяют людям, не умеют прятаться и защищаться. Вот Лу почувствовала себя таким зверем.