Лу за гранью свободы

— Ну что, принцесса, теперь у тебя начнется новая жизнь! Свободная, дикая, варварская — всё, как ты хотела!

Лу попыталась скинуть его руку, но не смогла, он был сильнее. Новая жизнь? Не о таком она мечтала! Это не свобода, а именно что варварство, выходящее за грани свободы. Какой-то нелепый кошмар, фильм ужасов. И главное, она сама, по своей воле сюда заявилась. Дура, дура!

Мимо вихрем пронеслась ватага маленьких человечков, Лу едва успела отшатнуться, чтобы ее не сбили с ног. Дети? Грязные, оборванные, босые.

Наверняка голодные и насквозь больные! Да что это за мир такой! Ей немедленно захотелось их всех догнать, вымыть и отправить в школу, потому что детство — это шанс. Чем больше вложить в ребенка, тем умнее и талантливее он вырастет.

Байд тоже проследил глазами за визжащей и толкающейся ватагой ребятишек, вздохнул почти нежно:

— Счастье какое расти, как они! Игры, свежий воздух, драки… Никаких тесных классов, никаких учителей! Я тоже таким был когда-то! Ну что, поглядела? Ножками своими шевели, пока мои ребята не угнали корабль.

Понятно. Из таких маленьких дикарей вырастают пираты. Закон жизни: что посеешь, то и пожнешь.

Глава 12. Буревестник

Идти оказалось недолго. Какие-то полчаса — и Лу увидела натуральный край света. Земля попросту обрывалась… в небо. Нет, там имелся даже деревянный навес. И в землю вколочены столбы. Столбищи. К некоторым из них были привязаны толстые канаты, уходящие вверх. Девушка задрала голову и ахнула: там, сверху, покачивались деревянные остовы кораблей.

Честь по чести, с килем, кормой, носом… и что там ещё должно быть у старинных кораблей? Она не знала. Не видела и вживую, только на картинках или в музее, но там были маленькие лодки, ботики. Далеко, за стеклом.

А тут…

Голова закружилась, она потеряла равновесие, едва не упала. Только руки капитана Байда ее удержали от столкновения с землей. Такой вдруг ставшей ненадёжной землей…

А капитан подскочил к одному из столбов и повис всем своим весом на канате.

Безумец! Как можно сдвинуть с места этакую громадину? Словно муравей пытается заставить колокол звенеть — невозможно и бессмысленно! Если корабль так легко пошатнуть — то, что сделает с ним ветер? Ураган? Гроза?

— Эй, на “Буревестнике”! — заорал Байд, очевидно, осознав бесплодность усилий. — А ну бросайте трап, паразиты меднолобые!

Ага, сейчас. Так его и услышали. Хоть укричись тут, хоть упрыгайся. Всем плевать.