Сердце Ведьмы

Сможешь решать государственный проблемы, отправлять людей на плахи, изымать налог у скупых крестья насильственным путем? Сможешь? Ты и котенка придушить не сможешь.

За время своего спича, Вилл сильно устала, в голове вновь стали появляться шумы, а мысли становились более вялотекущими. Девушка отчетливо смотрела на принцессу, что с непреодолимой маской спокойствия выслушивала ее. Иной раз казалось, что она балансирует где-то на грани меж гневом и яростью, в голубых глазах это отчетливо пылало огнем непонимания и упрямства, но она упорно сохраняла маску спокойствия.

— Блин, во ты чернуху раскинула.

Низкий, насмешливый, но в тоже время неуверенный голос Ирмы прозвучал в повисшей тишине писком мыши. Шатенка пыталась разрядить атмосферу, но ее действие оказалось провальным. Ян Лин с непроницаемым выражением лица всматривалась в физиономию Вильгельмины. Ее тонкие брови все норовили сойтись к переносице, но женщина отлично сохраняла свое состояние.

— Ты не понимаешь, люди страдают.

Через минуту вновь набравшийся сил Калеб изрек излюбленную фразу.

Вилл на это ответила с ухмылкой.

— От чего же интересно?

Парень с трудом сохранял спокойствие, хотя его лицо и выражал крайнюю степень гнева. Тяжелое дыхание, вкупе с напряженными скулами, дрожащими ноздрями и сведенными к переносице густыми бровями, создавали отчетливую картину гнева.

— От его тирании. От недостатка хлеба, от высоких налогов, от безграничной коррупции.

— Хм! Интересно. А при вас и налоги снизятся, и хлеба будет в разы больше и коррупции никакой будет.

И ты, как права рука этой принцессы, без зазрения совести отправишь своих друзей на плаху, если те совершат преступление? Кому ты пиздишь! Ты малолетний дебил, живущий в своем мирке. Вот придет законная наследница трона и все будет хорошо. Ничего не будет хорошо и никогда не будет хорошо. Все всегда будет плохо и будет только ухудшаться.

— Так, хватит!

Резко поднявшаяся на ноги Корнелия оттолкала парня обратно к стене, оставляя его у себя за спиной. Выпрямив осанку, раскинув свои длинные золотистые волосы по плечам, девушка приняла максимально «величественный» вид, показывая всем своим образом, что она выше «новоиспеченной коллеги».

— Ты нам вообще-то и не нужна! Твоего мнения не спрашивали!

— Корнелия, хватит, успокойся.

Высокие ноты блондинки вызывали фантомную боль в ушах Вильгельмины. Рыжеволосая крепилась, чтобы в один момент не закрыть свои многострадальные ушки. Ян Лин вовремя вступила, осаждая девушку, возвращая ту на место.