Сердце Ведьмы

Более мягкий, мелодичный, но в тоже время жесткий, стальной, властный. Но от этого не менее приятный. Солдаты быстро зашагали на выход, а двери за ними с грохотом хлопнули. В тронном зале повисла тишина. Вилл была озадачена только тем, как сдержать предательски подступившие слезы. Боль была невыносимой, хотелось выть.

— Кто ты такая, назовись?

Низкий властный голос мужчины звучал самым настоящим приказом и не повиноваться ему она не могла.

— Вильгельмина Вандом, ученица старшей школы Шеффилд.

Девушка замолчала и судя по недоброму шипению за спиной, Лорд Седрик воспринял это как ложь, впрочем, от него никакой кары не последовало.

Терновые лианы у подножия трона десятками змей молниеносно двинулись к ней оплетая руки и ноги, сдавливая ребра и шею. Острые шипы вонзились в многострадальную плоть на руках и ногах, вызывая чудовищную боль, от которой Вилл практически закричала. По лицу потекли горячие слезы, и девушка мелко задрожала, опасаясь издать хоть один звук, но ее тяжелое дыхание и тихие всхлипы барабанной дробью звучали эхом в этом мрачном зале.

— Недоговаривая, ты все равно что лжёшь мне, Хранительница сердца Кондракара.

Недовольный голос Фобоса звучал насмешкой над мучениями хрупкой девушки. Вилл попыталась проглотить ком в горле и с трудом, дрожащим голосом произнесла:

— Я не Хранительница. Меня пытались обязать, но я отказалась и отдала его Стражнице управляющей водой.

— Как символично.

Вандом было непонятны эти слова Князя, но следом последовало два насмешливых хмыка.

От самого правителя и змея за ее спиной.

— Могу ли я тебе верить? Вдруг это еще одна ложь и сердце у тебя.

Голос Фобоса ничуть не изменялся, он все такой же до отвращения уверенный в своей правоте, а в случае Вилл - до истерики. Каждое ее слово, что могло не вязаться с мировоззрением Князя будет для Вилл новой пыткой. Девушке страшно до дрожания губы, она согнулась в спине, поджав болящие руки. На серых рукавах уже проступили следы крови.

— У меня его нет. Обыщите меня, мои карманы пусты, кроме незначительной мелочи.

Вандом не получила сиюсекундного ответа, лишь шелест скользящего змея за спиной.

— Хранительница прячет сердце в кармане? Что за дурная шутка!

В голосе Князя зрела злость, да только Фобос самолично видит, как эта девушка дрожит и пресмыкается перед ним. Истощенная морально и физически, неподготовленная к таким страданиям землянка просто уже не могла нагло врать, в ее бы голосе все равно звучали бы нотки неуверенности.