Сердце Ведьмы

К концу сеансов психолог выставил счет, наговорил чудовищно непонятной медицинской терминологии и прописал перечень успокоительных.

Потом все более-менее под затихло, старшей Вандом казалось, что это было возрастным. Но она даже не догадывалась, что из обычных кошмаров «видения» превратились в чудовищные приступы, оказывающие влияние не только на сон, но и на все тело. Это уже было не видение во сне, это было нечто насильственное, схожее с заболеванием. Вилл молчала и ничего не говорила, Сьюзан наблюдала за дочерью и видела, как та сильно истощалась.

Одно время дочка ходила бледнее смерти, после все приходило в норму, она возвращалась к жизни, потом опять казалось умирала, а после вновь. Этот круговорот длился неописуемое количество времени, но что более странно - оно никак не влияло на повседневную жизнь Вилл, ее учебу, успеваемость и поведение.

Она не общалась с мальчиками, не проводила время в странных кругах молодежи, не привлекалась в полицию, из-за нее не жаловались учителя. Со временем Сьюзан привыкла и стала меньше обращать внимание на цикл «Феникса».

К четырнадцати годам Вилл стала все более часто пропадать из дому, точнее после школы, она отправлялась в гаражный кооператив, где в старом отцовском гараже возилась с железками, шестеренками, механизмами и так далее. Вандом не понимала, что такого в них нашла дочка, но смотря на Вилл за работой, Сьюзан понимала, что та полностью погружена в процесс и испытывает самое настоящее удовлетворение. Со временем у нее появились «приятели» и «товарищи», термин «друзья» Вилл не использовала, по каким-то причинам.

Байкеры, которых Сьюзан с молодости боялась из-за неутихающей славы этих «бравых» парней, оказались на диво воспитанными людьми. Пожалуй из-за того, что самый большой костяк их группы составляли мужчины от тридцати пяти до пятидесяти лет, у которых уже дети выросли. Сьюзан боялась, что в этой «интимной» обстановке кто-то из «товарищей» совратит дочку, но время шло, их общение продолжалось и либо Вилл так прекрасно скрывала свои любовные похождения, либо их не было вообще. В оба варианта Сьюзан была готова верить. Дочка не раз ее поражала своей «ненормальностью».

Переезд в Хитерфилд был ударом большим для Сьюзан, чем для Вилл. Женщина так привыкла к тому, что ее нелюдимая, нестандартная девочка проводит время с людьми, общается, набирается чужого опыта, работает и получает свои деньги, что данная новость невольно натолкнула на мысль, что она ломает жизнь своего ребенка.