Ведьма и лис: вылет из гнезда

Оказалось, она не думала, что проклятие распространится и на меня тоже.

— В каком смысле? — выражение лица Лейфа было все напряженнее и напряженнее.

— Дело в том, что она уходила из деревни, чтобы найти мужчину, от которого сможет родить дочь. А вернулась уже будучи беременной. Тогда она взялась за работу, за которую не должна была браться: один мужчина из Южной деревни умолял ее оживить его возлюбленную.

— Только не говори, что...

— Да.

— Чем она думала?! — Лейф явно собирался сказать что-то еще, на наткнулся на сердитое лицо Мелиссы.

— Не продолжай. Все-таки она моя мама, и я не позволю тебе плохо о ней говорить.

— Я не оцениваю ее. Я оцениваю то, что она сделала. Воскрешать мертвых — это одно из самых тяжких нарушений равновесия в мире. Почему она решила, что такое колдовство сойдет ей с рук?

— Именно из-за этого я иногда думаю, что с магией надо завязывать. Помогаешь людям, рискуешь жизнью, а получаешь за это что? Проклятие.

— Я не совсем согласен с тобой. Ты прекрасно знаешь, что есть законы, которые нарушать нельзя.

— Лейф откинулся на спинку стула. — И, в отличие от людей, магия четко им следует. Воскресил мертвого – получи проклятие.

— Да, но почему и на меня оно распространяется?

— Есть мысль, что из-за того, что вас в одном теле оказалось двое, оно получилось слабое, не концентрированное.

— Могло быть хуже?

— Естественно. У колдунов есть целая книга, посвященная тем, кто нарушил законы магии. Очень подробная, с картинками. Чтобы не повадно было. — Лейф вдруг помотал головой.

— А ты уверена, что твоя мама рассказала тебе правду?

— В каком смысле?

— Я не думаю, что тебя родила дура.

Мелисса задумчиво уставилась на камин. Она стала размышлять о том, почему за столько лет так и не приблизилась к тому, чтобы снять проклятие. Да, ведьма предпринимала попытки, но все они были слабыми. Так почему же ее почти не волновало то, что она заперта в четырех деревнях? И почему теперь это стало таким важным?

— Ты не волнуйся. — Лейф ошибочно решил, что ведьма расстроилась, и решил поддержать ее.

— Я помогу. Но я вот чего понять не могу. Почему твоя мама согласилась на это? Она ведь знала, что для нее это не пройдет бесследно.

— Видишь ли... — Замялась Мелисса. — Мама сказала, что это была плата за некоторые проступки.

— Объяснение туманное, ясно. Мне кажется, она соврала. Если бы она воскресила мертвого, дурацким барьером вокруг деревень проклятие бы не ограничилось. Тебе так не кажется?

Лейф тяжело вздохнул и покачал головой.