Султан её сердца

Нужно перетерпеть, изображать покорность, дождаться возвращения способностей, и тогда… Тогда держитесь, дикари!

А сейчас… Пусть думают, что им заблагорассудится! Пусть презрительно сплёвывают, наблюдая, как иномирянка с тонким ремешком на запястьях всходит на помост без всякого принуждения. Никому и невдомёк, что дотронуться до неё без особого позволения невозможно.

Торгаш, представлявший интересы Рухра, позабыл о предостережении, подтолкнул медлительную рабыню и взвыл от боли. Не сразу смог говорить, шипя и чертыхаясь, только тряс обожжённой рукой.

Эльчиана стояла, скрестив руки на животе, и рассматривала недоумевающих людей внизу. Заинтересовавшиеся новым лотом покупатели после необъяснимого инцидента засомневались.

— А вот особый товар! — заговорил продавец, выйдя вперёд и при этом сторонившись, дабы не задеть случайно жгучую девку. — Заморская принцесса! Вы только гляньте на эти рыжие волосы! На эти славные формы! Каких дочерей родит эта красавица!

— Как же она родит? — крикнули из толпы.

— Если её не вздрючить как следует!

— Это временное неудобство, — торгаш продемонстрировал покрывшуюся пузырями ладонь. — Колдовать девка больше не способна, а прежнюю ворожбу легко снимет умелый маг.

— Так это ещё и мага нужно нанимать! — недовольно заметил тот же голос.

— Понятно, что товар для людей состоятельных, — широко улыбнулся торговец, — не любому такая красота по мошне.

Гордо тряхнув головой, он взглянул на пастухов, стоявших рядом с помостом, призывая хозяина рабыни оценить его ораторское искусство.

Рухр побагровел от гнева, Вехр с угрюмым видом почесал подбородок. Приятели надеялись на ажиотаж, увы, озадаченные невозможностью хорошенько поучить рабыню зрители не торопились совершать покупку.

— Как же её поймали? — с усмешкой поинтересовался мелкий мужчина, стоявший в первых рядах. — Неужели сама в рабыни стремится?

— Сама, — кивнул торгаш.

— Заморская принцесса? Сомнительно.

— Ты же видел! Никто её не заставляет, идёт свободно.

— Ага, как же! А тронуть нельзя.

— Кому она позволит, можно и тронуть, — крикнул Рухр.

В толпе зашумели. Где такое видано, чтобы рабыня сама решала, позволить господину прикасаться к ней или не позволить?

Теперь вперёд выступил Вехр:

— Так это… послушайте! — дождавшись тишины, пояснил: — Принцесса согласна, чтобы её продали, вот и шла сама. Только не каждый хозяин ей годится. Богатого хочет, состоятельного. А такой и колдуна наймет, и заклятие неудобное разрушит.