Султан её сердца

Наконец всё было готово. Эльчиана подошла к ростовому зеркалу и не узнала себя. Ветка цветущей сирени, да и только! Вообще-то сочетание нежных тонов ей нравилось. Прозрачные шаровары позволяли рассмотреть стройные ножки, атласный топ, украшенный золотыми монетами, красиво обтягивал грудь, свободная от одежды талия казалась тоньше и гибче, а руки с многочисленными браслетами — выразительнее привычного. Эфриорская красавица! Разве что рыжие волосы и белая кожа выдают принадлежность к чужому миру.

Скептический взгляд наставницы немного портил настроение.

— Что не так, Фхатума? — сердито спросила её принцесса.

— Всё хорошо, — со вздохом ответила маменька, — жаль только, что вы так и не выучили свадебный танец.

Зачем она это сказала! Теперь Эльчиана не могла думать ни о чём другом.

Разумеется, в фокусе торжества был султан, его поздравляли, его чествовали, ему желали долгих лет счастья с избранницей. Невеста оставалась в тени на свадьбе, и дальше ей придётся держаться на вторых ролях — это подчёркивалось всем ходом праздника.

Ну и что? В родном мире принцессе досталось бы главенство в семье, но была бы она счастлива с нелюбимым Хомичем? Весьма сомнительно. В Эфриоре она обретёт счастье. Осталось лишь станцевать прилично.

Фхатума вывела спрятанную покровами девушку в центр зала, поклонилась повелителю, объявив, что невеста готова исполнить для него свадебный танец, шепнула доброе напутствие и степенно удалилась. Эльчиана чувствовала себя рыбацкой лодкой, попавшей в туман вдалеке от берега: чуть в стороне подводные скалы, где-то рядом на рейде большой корабль, нужно постоянно вглядываться в нечёткие, кажущиеся призраками силуэты, иначе гибель неизбежна.

Вот и музыка! Напевный голос жалейки гости встретили недоумённым шумом. Деревенская мелодия не соответствовала ожиданиям, обычно свадьбы грохотали, звенели, оглушали, а сейчас лишь тамтам обозначал чёткий ритм, волне соответствующий ударам сердца принцессы, все остальные инструменты пели нежно и плавно.

Так и стала двигаться невеста. Она кружилась на носочках, грациозно поднимая то одну, то другую руку и совершая кистями волнообразные движения. Покровы порхали подобно крыльям чудесной птицы, монеты позвякивали. Вот снята одна фата, вот другая, третья… Каждый раз, освобождая невесту от очередного покрова, Гхирей ласково шептал ей слова любви, придавая тем самым сил и энергии танцовщице.